«Аргументы, которые Вы изложили, не могут изменить взгляды короля на данный вопрос. По Вашему мнению, такое название будет очень хорошо принято, однако смею Вам напомнить, что, когда в 1895 г. тогдашнее правительство предложило возвести на общественные средства статую Оливера Кромвеля, это предложение встретило сильные возражения ирландцев и оппозиции и было отвергнуто большинством в 137 голосов…
Если даже возведение статуи столкнулось с такой враждебностью, вполне логично ожидать не меньшее сопротивление идее связать имя Кромвеля с военным кораблем, на который потрачены миллионы общественных средств.
Каковы бы ни были личные чувства Его Величества по отношению к Кромвелю, он уверен, что Ваше предложение вызовет чувства антагонизма и религиозной розни, аналогичные тем, что проявились семнадцать лет назад, тем более во времена, когда, особенно в Ирландии, увы, есть признаки того, что „горечь мятежей и тираний прошлого“ не „перестала волновать умы людей“».
Но даже и тогда Черчилль готов был продолжить борьбу, если бы не получил вот эту обескураживающую записку от принца Людвига Баттенберга, который должен был вот-вот стать 1-м морским лордом:
«На днях Вы говорили мне, что Ваше второе обращение к королю по поводу названия „Оливер Кромвель“ вновь вызвало возражения.
Весь мой опыт службы в Адмиралтействе и близкое общение с тремя суверенами приводят вот к какому выводу: во все времена решение суверена относительно присвоения названий судам Е.В. первыми лордами всегда принималось как окончательное.
Склонен думать, что вся Служба в данном случае будет настроена против Вас».
О корабле его величества «Оливер Кромвель» больше ничего слышно не было. Однако в 1913 г. Черчилль предпринял еще одну безуспешную вылазку против Букингемского дворца. На сей раз он просил назвать один из новых линкоров его величества «Питт» — в честь сразу двух государственных мужей, носивших это имя.[71] Господин Асквит, добавлял он, счел этот выбор особенно уместным.
Король, однако, лучше премьер-министра знал, что именно сочтут уместным в кают-компании и на нижней палубе. По его указанию Понсонби написал: «Его Величество склонен считать, что название „Питт“ отнюдь не является одним из тех благозвучных или возвышенных имен, которыми до сих пор называли линкоры. Более того, всегда существует опасность, что этому кораблю будут давать скверные клички, созвучные с его названием[72]».
Черчилль продолжал настаивать, и тогда Стамфордхэм выпустил в него последний залп. В ответ на утверждение 1-го лорда о том, что имя Питт вызывает «исторические ассоциации, связанные с величайшими событиями», Стамфордхэм написал:
