К счастью, это означало, что у меня еще было время уговорить ее забыть о мужчинах, купить уютный ведьмин домик в лесах Нью-Джерси и жить там вместе с множеством кошек.
Передо мной появился розовый фруктовый коктейль.
— Пас. Мой выбор в напитках не отличается от вкуса в мужчинах. Они должны быть крепкие, резкие и труднодоступные. — Я пододвинула бокал с коктейлем к подруге. — Хотя Сол он понравится.
— Ну же. Попробуй немного сладости. — Энрико схватил бокал и протянул его мне.
Сол отвела взгляд от коктейля и посмотрела на меня. Разочарование наполнило ее огромные карие глаза. Черт.
Я оттолкнулась от стола и снова надела туфли.
— Не в моем вкусе, Энрико. Мне нужно уладить кое-какие дела, так что не мог бы ты составить Сол компанию?
Я сделала шаг в сторону и наткнулась прямо на Энрико.
Он сжал мое бедро.
— Куда ты убегаешь, Джада? Можно мне с тобой?
У него был низкий, уверенный голос. Он явно считал себя самым очаровательным мужчиной в комнате. Все, о чем я могла думать, — это Сол. Она была влюблена в Энрико в течение многих лет, и теперь, когда он расстался со своей девушкой, она была взволнована перспективой возможных отношений с ним. А этот идиот клеился ко мне.
Я отступила назад, обеспокоенная. Я не хотела, чтобы Сол расстраивалась.
— Послушай. Ты не по адресу, Рико. Если хочешь иметь хоть какой-то шанс вернуться домой с целыми яйцами сегодня вечером, больше не прикасайся ко мне, — предупредила я его тихим голосом.
Я сбросила руку Энрико со своего бедра, но та подобно змее обвилась вокруг меня и притянула ближе. Я замерла с открытым ртом, не находя слов от шока.
Впервые я рассмотрела его как следует и заметила характерную белую пудру вокруг носа. Ах, так значит, идиот немного переборщил и потерял гребаный рассудок. В этом был смысл. В противном случае, домогательство ко мне на свадьбе Ренато было бы смертным приговором. Такой исход все еще не исключался. У Сол зазвонил телефон, и она встала, чтобы ответить.
— Вернусь через минуту, — одними губами сказала она мне и незаметно указала на Энрико. — Задержи его здесь!
Она продолжала надеяться, что ошиблась и, возможно, Энрико был здесь ради нее. У девушки был крайне плохой вкус на мужчин. Я кивнула, нацепив на лицо улыбку, но она сползла, как только подруга отвернулась.
— Рико, убери от меня свои руки, пока я не избавилась от них навсегда. Когда ты вообще успел отрастить яйца настолько, чтобы прикоснуться ко мне?
Что бы он ни нюхал, это, вероятно, был чертовски сильный наркотик, раз заставил его зайти так далеко.
— Если хочешь убедиться, что оба моих яйца на месте, я позволю тебе поиграть с ними, — усмехнулся Энрико. — Я даже натру ими все твое тело.
При виде этой отвратительной картинки у меня вырвался невольный смешок.
— Ты упускаешь суть. — Я отвернулась от Сол, не желая, чтобы она становилась свидетельницей отвратительного поведения объекта своего увлечения. Я многозначительно кивнула в ее сторону. — Возможно, тебе стоит говорить комплименты тем, кто их ждет.
Он усмехнулся и притянул меня ближе.
— Мои комплименты предназначены для тебя. Ты — единственный интересный трофей здесь сегодня, Джада.
Я лихорадочно оглядывалась по сторонам в поисках предлога не поступать так, как мне действительно хотелось. Что-то, что я могла бы сделать вместо того, чтобы разбить свой бокал с мартини о голову Энрико и проткнуть ножкой его глазное яблоко.
Пара темно-зеленых глаз встретилась с моими с другого конца комнаты.
Ирландец.
Брэндон О'Коннор, молодой наследник ирландской мафии, сидел в окружении своих людей и смотрел прямо на меня.
Семья О'Коннор не славилась элегантностью или опрятностью, а самый младший из них, Брэндон, вел себя так, словно никогда в жизни не пользовался утюгом. Даже сегодня, одетый в костюм, он выглядел весьма сомнительно. Татуировки щедро украшали тыльные стороны его ладоней и тянулись вверх по толстым, испещренным венами предплечьям и даже по шее… он казался именно тем типом неприятностей, которые могли бы оживить эту вечеринку. О'Коннор пристально наблюдал за мной, наклонившись вперед и уперев локти в колени. Его длинные русые волосы были зачесаны назад, придавая ему злобный и царственный вид, как у кельтского короля-воина из давних времен. Мужчина был создан для того, чтобы грабить, мародерствовать и уничтожать всех, кто бросал ему вызов.