Побежденный, Кинг вздохнул и выслушал лекцию Вексли об амбре и кашалотах, о зубатых китах, белых китах, карликовых китах, дельфинах, нарвалах, китах-убийцах, горбачах, финвалах, серых китах и, наконец, о гренландских китах. К этому времени все слушатели, кроме Питера Марлоу и Кинга, исчезли. Когда Вексли закончил, Кинг задал простой вопрос:
– Я хочу знать все о крысах.
– О крысах? – простонал Вексли.
– Закуривайте, – добродушно предложил Кинг.
– Ладно, парни, угомонитесь, – сказал Кинг. Он дождался, когда в хижине наступила тишина, а часовой у дверей занял свое место. – У нас проблемы.
– Грей? – спросил Макс.
– Нет. Дело в нашей ферме. – Кинг повернулся к Питеру Марлоу, который сидел на краю кровати. – Расскажите им, Питер.
– Ну, – начал Питер Марлоу, – кажется, что крысы…
– Расскажите с самого начала.
– Все?
– Конечно. Расскажите то, что вы знаете, и тогда мы сможем обсудить положение.
– Ладно. Ну, мы нашли Вексли, он сказал нам, цитирую: «Rattus norvegicus, или норвежская крыса, иногда называется Mus decumanus…»
– На каком это языке? – вмешался Макс.
– Господи, это латынь. Любому дураку это известно, – фыркнул Текс.
– Ты знаешь латынь, Текс? – изумился Макс.
– Нет, черт возьми, но эти проклятые названия всегда даются на латинском…
– Бога ради, парни! – одернул Кинг. – Вы хотите слушать или нет? – Потом кивнул Питеру Марлоу, чтобы тот продолжал.
– Ну, Вексли подробно описал их: волосатые, хвост голый, вес до четырех фунтов, в этой части света вес крысы обычно достигает двух фунтов. Крысы спариваются беспорядочно, в любое время…
– Что, черт возьми, это означает?
– Самец покрывает без разбору любую самку, – нетерпеливо вмешался Кинг, – и не существует никаких брачных сезонов.
– Вы хотите сказать, у них все как у нас? – Джонс был приятно удивлен.
– Да. Предполагаю, что так, – сказал Питер Марлоу. – Так или иначе, самец будет спариваться в любое время, а самка может иметь до двенадцати пометов в год, примерно двенадцать крысят в каждом помете, но может быть и четырнадцать. Молодые крысята рождаются слепыми и беспомощными через двадцать два дня после зачатия. – Он тщательно подбирал слова. – Крысята прозревают на четырнадцатый-семнадцатый день и достигают половой зрелости за два месяца. Они прекращают размножаться в два года, стареют – в три.
– Ну и ну! – воскликнул Макс радостно, нарушив благоговейную тишину. – У нас наверняка будут проблемы. Ну, если молодняк начинает размножаться через два месяца, а у нас их четырнадцать – скажем, для круглого счета десять крысят на помет – посчитайте сами. Пусть в первый день у нас десять штук приплода. Еще десять на тридцатый день, на шестидесятый день первая пара дает приплод, и мы получим пятьдесят. На девяностый день мы получим еще пять размножающихся пар и еще пятьдесят крысят. На сто двадцатый день у нас будет двести пятьдесят пар и еще пятьдесят и новая группа из двухсот пятидесяти. Боже правый, да это будет шестьсот пятьдесят голов за пять месяцев! Еще через месяц у нас будет около шести тысяч пятисот…
– Боже, мы напали на золотую жилу! – воскликнул Миллер, яростно почесываясь.
– Ни черта у нас не будет, – оборвал их Кинг, – если кое-что не учтем. Первое: мы не можем держать их всех вместе. Они жрут друг друга. Мы должны отделить самцов от самок, за исключением времени, когда они должны спариваться. Еще одно – они будут драться между собой все время. Это означает, что нам надо отделять самцов от самцов и самок от самок.
– Ну так мы их разделим. Что в этом сложного?
– Ничего, Макс, – терпеливо продолжал Кинг. – Но нам надо сделать клетки и все организовать. Это будет непросто.
– Черт! – воскликнул Текс. – Мы можем построить кучу клеток, никаких проблем.
– Ты считаешь, Текс, нам удастся держать ферму в тайне? Пока мы будем строить клетки?
– А почему бы нет!
– Да, еще одно. – Кинг был доволен тем, как развиваются события. Эта работа нравилась ему: ничего не надо делать, только ждать. – Они будут жрать все подряд, живое или дохлое. Все, что угодно. Так что проблем со снабжением у нас не будет.
– Но они мерзкие твари и страшно воняют, – вставил Байрон Джонс Третий. – У нас вони и так достаточно. А тут под хижиной будет что-то вроде выгребной ямы. А кроме того, крысы – переносчики чумы!
– Может быть, это особый род крысы, как особый москит является переносчиком малярии, – предположил Дино, с надеждой оглядывая компанию своими темными глазами.
– Крысы могут переносить чуму, точно, – признал Кинг, пожимая плечами, – и они переносят многие человеческие болезни. Но это ничего не значит. На этом деле мы заработаем состояние, а вы, ублюдки, только и делаете, что ноете. Это не по-американски.
– Господи, а как с этой чумой? Откуда нам знать, будут они здоровые или нет? – привередливо спросил Миллер.
Кинг рассмеялся:
– Мы спрашивали Вексли об этом, и он сказал, цитирую: «Вы об этом узнаете скоро. Когда помрете». Конец цитаты. Черт, да они как цыплята! Держите их в чистоте, хорошо кормите и получите хорошее племя. Не о чем беспокоиться.
