– Мы будем давать тебе десять задних ног в неделю. Сначала пустим в дело самцов и придержим самок. Мы подчеркиваем: только задние ноги. Потом увеличим количество.
– Почему только десять для начала?
– Если сразу продадим большую партию, возникнут подозрения. Не надо спешить.
Тимсен минуту раздумывал.
– Ты уверен, что… э-э-э… мясо будет нормальным?
Теперь, когда они договорились, Кинг почувствовал брезгливость. Но, черт, мясо есть мясо, а бизнес есть бизнес!
– Мы просто предлагаем мясо.
Тимсен покачал головой и поджал губы.
– Мне не нравится, что я буду продавать мясо крыс моим австралийцам, – сказал он привередливо. – Видит Бог! Это плохо. Я говорю «нет». Не то чтобы я… ну… мне вообще это кажется неправильным. Продавать моим австралийцам.
Питер Марлоу согласно кивнул, чувствуя тошноту:
– И моим ребятам тоже.
Все трое посмотрели друг на друга. «Да, – сказал себе Кинг, – это выглядит совсем непривлекательно. Но мы обязаны выжить». И неожиданно его озарило.
Он побледнел и твердо произнес:
– Соберите… соберите… остальных. У меня блестящая идея!
Американцы собрались быстро. Они напряженно следили за Кингом. Он успокоился, хотя ничего пока не сказал. Он просто курил, явно не замечая остальных. Питер Марлоу и Тимсен обеспокоенно переглянулись.
Кинг встал, и напряженность возросла. Он погасил сигарету.
– Парни, – начал он, и голос его был слабым, в нем слышалась необычная усталость, – «День Би» был четыре дня назад. Мы ожидаем… – он сверился с нарисованным на стене графиком увеличения приплода, – да, что увеличим наше поголовье до сотни или чуть больше. Я заключил сделку с нашим другом и партнером Тимсеном. Он поставит нам материал для тысячи клеток. К тому времени, когда потребуется расселять молодых, проблема с клетками будет решена. Он и его группа станут сбывать продукцию. Нам остается сосредоточиться на улучшении породы. – Он остановился и пристально оглядел каждого. – Парни! Через неделю, начиная с сегодняшнего дня, ферма начнет продажу.
Теперь, когда этот день был установлен, их лица вытянулись.
– Ты вправду считаешь, что мы должны продавать? – опасливо спросил Макс.
– Не помолчишь ли ты, Макс?
– Я ничего не знаю насчет продажи, – сказал Байрон Джонс Третий, беспокойно трогая глазную повязку. – Эта мысль заставляет меня…
– Помолчите, ради бога! – раздраженно попросил Кинг. – Парни! – Все наклонились вперед, когда, стараясь превозмочь себя, Кинг заговорил едва слышным шепотом: – Мы будем продавать мясо только офицерам! Начальству! От майоров и выше.
– О бог ты мой! – выдохнул Тимсен.
– Боже правый! – подхватил Макс вдохновленно.
– Как? – переспросил Питер Марлоу ошеломленно.
Кинг чувствовал себя богом.
– Да, офицерам. Не всем, конечно. Они единственные в лагере, кто может позволить себе покупать мясо. Вместо массового бизнеса мы развернем торговлю деликатесами.
– И пусть эти мерзавцы покупают себе крыс. Вы ведь не будете переживать, ведь вам хочется накормить их этим мясом? – поинтересовался Питер Марлоу.
– Вы чертов пижон, – благоговейно произнес Тимсен. – Гений. Я знаю троих таких сволочей. Я бы отдал свою правую руку, чтобы посмотреть, как они жрут мясо крыс, а потом рассказать им…
– Я знаю двоих, – вставил Питер Марлоу, – которым с удовольствием подарил бы мясо, не говоря уже о продаже. Но эти педики могут учуять запах крысы.
Макс встал и перекричал смех:
– Послушайте, ребята! Послушайте. Послушайте минуту. – Он повернулся к Кингу. – Ты знаешь, я не… я не… – Он был так взволнован, что говорил с трудом. – Я не… я не всегда был на твоей стороне. Вреда я не принес. Это свободная страна. Но это… это такое большое… такое… а ну!.. – Он с серьезным видом протянул руку. – Я хочу пожать руку человеку, которому пришла в голову такая мысль! Думаю, мы все должны пожать руку настоящему гению. От имени рядовых всего мира – я горжусь тобой! Ты – король!
Макс и Кинг пожали руки.
Текс в восторге раскачивался из стороны в сторону:
– Селларс, и Праути, и Грей – он в списке…
– У него нет денег, – напомнил Кинг.
– Черт, мы ему их одолжим! – выпалил Макс.
– Нельзя нам этого делать. Грей не дурак. Он заподозрит неладное, – предостерег Питер Марлоу.
– Как насчет Торсена, этого мерзавца?..
– Никого из американских офицеров, – вежливо сказал Кинг, – ну, может, одного или двух.
Веселье быстро стихло.
– Как насчет австралийцев?
– Оставьте это мне, приятель, – откликнулся Тимсен. – У меня на уме есть три дюжины клиентов.
– Как насчет англичан? – спросил Макс.
– Мы можем кого-нибудь из них выбрать. – Кинг чувствовал себя большим, могущественным и был полон энтузиазма. – Повезло тем ублюдкам, у которых есть деньги или возможность достать их, этих-то мы и накормим, а потом расскажем, что они съели, – заключил он.
Как раз перед отбоем Макс торопливо проскользнул в дверь и прошептал Кингу:
– Сюда идет охранник.
– Кто?
– Сягата.
– Хорошо, – бросил Кинг, стараясь не выдать волнения. – Проверь, чтобы все часовые были на местах.
– Иду. – Макс торопливо ушел.
Кинг наклонился к Питеру Марлоу.
– Может быть, это ошибка, – нервно сказал он. – Пошли, надо быть готовыми.
