Король (ЛП) полностью

- Значит, ты хочешь поиграть со мной? - уточнил Кингсли.

Он услышал усмешку Сорена: - Думал ты никогда не спросишь.

Все еще улыбаясь, Кингсли повесил трубку и направился к дому, чтобы переодеться. Он до сих пор не видел Пресвятое Сердце. Он ждал приглашения, не желая вторгаться в мир Сорена, а теперь неожиданно занервничал. Что если она была там? Новая любовь? Королева Девственница? Элеонор Луиза Шрайбер, похитительница автомобилей и сердец.

- Ну, как все прошло? - спросила Сэм, когда Кингсли вошел в кабинет. - Анита показала свою магию?

- Я думал, она убьет меня. Никогда в жизни мне не было так больно. А в меня стреляли четыре раза.

- Значит...

- Проверь, сможет ли она снова принять меня на этой неделе.

- Я же говорила, она волшебница, - ответила Сэм.

- Говоря о чудесах, я должен бежать. У меня свидание со священником, и мы будет играть в футбол.

- Настоящий футбол или придуманный европейский футбол?

- Придуманный европейский футбол.

- Соккер, - ответила она, подмигнула и подняла палец. – Пока тебя не было, тебе кое-что пришло.

Она протянула ему пухлый конверт, на нем было лишь его имя и ничего больше.

- Откуда он взялся? - спросил Кингсли.

- Курьер принес. А что?

- Ничего, - ответил он. Кингсли вскрыл конверт. Мини-кассета упала ему на ладонь.

Он посмотрел на Сэм. Она в замешательстве замотала головой. Кингсли обошел стол, достал магнитофон и вставил кассету.

Когда он нажал кнопку воспроизведения, то услышал собственный голос.

- Друг друга.

- У тебя есть друзья, которые дружат с пятнадцатилетними девочками?

Другой голос на пленке принадлежал Роберту Диксону. Запись продолжалась.

- У меня интересные друзья.

- Я не знал, что у тебя есть друзья, Эдж.

- Кингсли? Что это? - спросила Сэм. Он поднял руку, чтобы заставить ее замолчать.

- Я ставлю свою работу под угрозу, помогая пятнадцатилетней девушке избежать колонии для несовершеннолетних за угон, и хочу знать всю историю.

- Хорошо. Мой старый друг теперь католический священник. Ее

священник. Он попросил меня помочь ей. Я очень ему обязан. Это и есть мой долг.

- Ты дружишь со священником?

- Поверь, я шокирован больше, чем кто-либо другой.

- Он трахает ее? Священник?

- Что?

- Об этом пишут во всех газетах, - ответил Диксон. - Каждый чертов день появляется новая история о католическом священнике, трахающим какого-то ребенка. Бостон гудит. Филли, Детройт, Чикаго... Меня могут уличить в помощи священнику с несовершеннолетней девочкой, которую он трахает, и...

- Он ее не трахает.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что ее трахаю я.

Кингсли выключил запись.

Сэм уставилась на него.

- Я не трахаюсь с пятнадцатилетней девочкой, Сэм, - ответил он.

- Но...

- Это была ложь. Мне пришлось солгать.

- Кто это с тобой на записи?

- Окружной прокурор. Я попросил его помочь кое-кому.

- Он записал тебя. И сделает копии записи.

Кингсли постучал по конверту: - Много копий.

- Кинг, ты признаешься в совершении изнасилования.

- И в подкупе чиновника тоже. Не забывай об этом.

- Ты трахнул ее?

- Нет, конечно, нет. Я никогда не видел ее.

- Тогда почему ты признался?

- Не имеет значения. Важно то, что я кого-то разозлил.

- Кого?

- Длинный список подозреваемых.

- И что ты собираешься с этим делать?

- Сегодня ничего, - ответил он. - Завтра поговорю с мистером Диксоном.

- Почему он угрожает тебе?

Кингсли покачал головой.

- Без понятия. Я знаю о нем достаточно, чтобы разрушить его карьеру и его брак. Возможно, это не он.

- Тогда кто...

- Не знаю. Не волнуйся об этом.

- Я волнуюсь, - произнесла она, выглядя ошеломленной.

Кингсли подошел к ней, обхватил ладонями лицо и посмотрел прямо в глаза.

- Сэм, послушай меня. Думаешь, со мной впервые такое происходит? Это ничто по сравнению с тем, что я уже пережил. Этим я занимаюсь. Это и есть работа.

Сэм посмотрела ему в глаза. Он увидел в них страх, настоящий страх.

- У тебя действительно не было секса с пятнадцатилетней девчонкой? - спросила Сэм.

- Даже когда мне было пятнадцать, я не трахался с пятнадцатилетними девчонками. Шестнадцать - мой минимум.

Сэм усмехнулась, и Кингсли щелкнул ее по подбородку.

- Ладно, - ответила она. - Я доверяю тебе.

- Мне нужно идти. Не волнуйся.