Теперь свою атаку начал Гримбаш — он делал красивые и точные выпады копьём, которые Ураг с трудом отражал. Вместо глухой защиты Ураг ответил взмахами меча, пытаясь попасть по рукам, чтобы обезоружить соперника. Братья обменивались ударами по голове, корпусу и ногам; каждый из них ловко отражал удары другого. Но вскоре Гримбаш попал обратной стороной копья в живот Урага, отчего тот согнулся от боли. Пытаясь завершить решающий удар, Гримбаш не ожидал ответной атаки. Ураг в ту же секунду отразил нападение брата и влепил ему в подбородок нижней частью рукояти своего меча. Первые попадания были сделаны. Братья продолжали обмениваться выпадами, пытаясь завершить этот долгий поединок. Они изрядно выдохлись, но, несмотря на усталость, их движения оставались быстрыми и изящными, как в начале боя. Однако рано или поздно поединок должен был закончиться; он не может продолжаться вечно.
— Как думаешь, кто выиграет? — спросил Райсенкард у Одокара, наблюдая за схваткой.
— Я думаю, победит Гримбаш, — ответил Одокар, поднимая брови. — А ты?
— В этот раз победит Ураг, я чувствую это, — с улыбкой произнёс младший брат.
Обменявшись множеством движений и выпадов, Ураг и Гримбаш встали друг на против друга, готовясь нанести решающие удары. Гримбаш решил повторить свой излюбленный приём с разворотом копья, надеясь повергнуть противника. Однако Ураг вовремя среагировал и уклонился, перевернувшись так, что оказался сзади соперника. В этот же момент он врезал Гримбашу мечом по спине и добавил пинок ногой, отчего тот упал.
Попытавшись развернуться и встать, старший брат чуть было не наткнулся на меч Урага. Поняв, что проиграл, Гримбаш опустил копьё под вопли восторженных зрителей и недовольных торговцев, поставивших на него круглую сумму.
— Да! Я же говорил! — воскликнул Райсенкард, ликуя от победы Урага.
— Подумаешь, — обиделся на него Одокар, скрестив руки.
— Ты снова проиграл, — посмеялся над братом Райсенкард.
— Ещё слово… — пригрозил старший брат.
Судя по их виду, они снова готовы были подраться, но рядом с ними была Арга, внимательно наблюдавшая за ними.
— Вставай, брат, — сказал Ураг, протянув руку Гримбашу.
Тот взял руку брата и встал, отряхнувшись.
— Как ты это сделал? — удивлённо спросил Гримбаш. Он не мог поверить, что после шести лет побед он уступил в этом состязании.
— Удача, — усмехнулся Ураг. — Только удача.
Гримбаш посмеялся в ответ и обнял брата. Он не мог не признать, что Ураг сильно вырос в воинском плане.
— Ты воистину достоин титула вождя, брат, — похвалил его Гримбаш.
— Ты же шутишь! — улыбнулся Ураг. — Все знают, что ты сильнейший в крепости, не считая отца.
— Но ты одолел меня, — сказал старший брат, подбирая копьё. — В честном бою.
— Ты будешь вождём куда лучше меня. Я не претендую на этот титул, брат по оружию.
— Ты в чём-то прав, — согласился Гримбаш. — Мы с тобой не только братья по крови, но и братья по оружию. С этим я согласен.
— Для меня честь биться рядом с тобой, брат по оружию, — сказал Ураг.
Братья похлопали друг другу по плечу и собрались уходить с арены.
— Сегодня боги избрали победителя Врор Храрграг! — прокричал орк с рогом Чогг, про которого все казалось забыли. — Ураг зрог Гулзур!
Под восторженные крики зрителей братья ушли наверх по лестнице, покидая арену.
По традиции после Врор Храрграг всегда был праздник, проходивший на улице, а после в просторном зале легенд, способном вместить внутри себя практически всё население Гойрана. Зал легенд — арокандский аналог таверны, но куда больше. Тут орки пили свои особые настойки, эль, пиво, пели песни, плясали, да и просто отдыхали и общались друг с другом.
Некоторые члены семьи вождя также находились здесь сейчас. Кроме разве что Гулзура и его двух жён. Сам вождь не поощрял своим присутствием заведение, а Шинегра и Арга предпочитали заниматься своими делами. Зато молодые не упускали возможности выпить. Разве что пока сюда не пускали Райсенкарда и Одокара по возрастным причинам. Пока им здесь делать нечего.
Трое старших братьев сидели за одним небольшим столиком, обсуждая победу Урага и недавние происшествия. Если Ураг и Гримбаш говорили практически без остановки, особенно первый, то Вутергур больше молчал и слушал. Он не отличался особой болтливостью.
— Женился бы ты уже давно, — подшутил Гримбаш над Урагом, положив руки на стол. — Тебе без малого двадцать пять.
— В тебя, что, отец вселился? — недовольно ответил Ураг, попивая настойку. — Мне и так хорошо.
— Всему своё время, — добавила Зафика, подошедшая к столику с двумя рогами эля. Девушка села рядом с мужем, приобняв его за плечи.
— Возможно и так, — прокомментировал Гримбаш, приобняв жену за талию. — Но долг каждого ароканда — оставить потомство после себя.
— И долг старшего сына занять место вождя. Ты понимаешь, что мы оба на своей волне, — ответил Ураг, намекая на то, что брат не хочет занимать место вождя.
— Долг сильнейшего в крепости, — поправил его Гримбаш, выпив эля из рога, который ему принесла Зафика.
— Это ничего не меняет, ты — сильнейший в Гойране, — ответил Ураг, показав пальцем на брата.