Райсенкард пришёл на поле самым первым. Ещё солнце не выглянуло из-за горизонта, а он уже был здесь. Молодому воину плохо спалось этой ночью. Слова Оланвы, не выходившие из головы ароканда, не давали ему покоя. Непредсказуемость — вот что пугало сына вождя. Райсенкард хотел узнать свою судьбу, но услышал только мутные предсказания своей почти поехавшей сестры. Этот бред не давал ему расслабиться. Хотя думал ли также Ураг, когда она ему сказала идти на в… Стоп. Райсенкард задумался. Оланва то же самое сказала Урагу — идти на восток, искать свою судьбу. Долгожданная встреча, значит. Он начинал понимать, что к чему. То волнение, которое было у орка, тут же сняло, как рукой. Ему даже на некоторое время стал неважен результат состязания, будто это оказалось совсем незначительным. Хотя Райсенкард по-прежнему планировал выиграть. Воин продолжил терпеливо ждать начала Врор Храрграг.
Через несколько часов народ начал собираться возле центрального поля и статуи Боргода. Почти со всех крепостей, подчиняющихся Гойрану, прибыли ароканды. Кто-то прибыл биться и попытать удачи, а кто-то просто посмотреть на великих воинов. А кое-кто даже ставил деньги на определённых бойцов. Всё как всегда.
Райсенкард вскочил, словно на него вылили ведро ледяной воды. Его разбудил шум разбитого горшка, упавшего рядом с ним. Пока народ стекался к арене, Райсенкард задремал. По крайней мере он немного отдохнул. Райсенкард огляделся вокруг — везде было полно арокандов. Пожалуй, Врор Храрграг в этом году будет особенно грандиозным.
— Ты бы лучше готовился, вместо того, чтобы хрен отращивать, — упрекнул брата Вутергур, стоявший с широко расставленными ногами и со скрещенными руками. По всей видимости, он наблюдал за спящим братом.
Райсенкард взглянул на него уставшим взглядом, давая понять грубияну, как он его достал. Однако спустя несколько секунд он поднялся на ноги и начал разминать тело: ведь состязание скоро начнётся.
— Вот молодец. Больше не спи, а то жизнь проспишь, — рекомендации Вутергура были скорее больше строгим наказом, нежели насмешкой. Кузнец не особо любил шутить.
Райсенкард же наоборот любил пошутить и подлить масла в огонь. Однако с Вутергуром он старался этого избегать по возможности. Один раз он так получил по лицу. Старший брат поддерживает свой авторитет силой. Зато Одокар периодически попадал под саркастические шуточки младшего брата. Одокар не потерял своего горячего нрава, но с возрастом стал терпимее относиться к насмешкам брата. Тем не менее, он также пытался несколько десятков раз врезать Райсенкарду.
Чогг, стоящий в центре арены протрубил в рог, что означало начало Врор Храрграг. Все участники спускались вниз, подбирая себе снаряжение. Через несколько минут начнутся первые бои. Участников было так много, что великое состязание, похоже, продлится до самой ночи.
Товарищи Райсенкарда подошли к нему вместе со своим привычным снаряжением: Айтарог выбрал что-то полегче, Гарбенак — потяжелее, а Радокор остановился на чём-то среднем. Радокор, как и Райсенкард, бился со щитом, но топору предпочитал специальный ятаган арокандов, позволявший зацепить соперника и сковать его.
— Волнуетесь? — спросил Радокор, уверенно глядя на товарищей. Хотя великим воином он не был, его ум компенсировал недостаток силы.
— Ни капельки. Подумаешь, первый раз бьюсь на Врор Храрграг, — саркастически отмахнулся Айтарог, волновавшийся больше всех вместе взятых.
— Зря ты так. Ты ведь славный лучник, — подметил Гарбенак, с которым бился Айтарог во время обряда посвящения. — Ты почти выиграл меня тогда.
— Ты преувеличиваешь, Гарбенак, — ответил Айтарог, не веря в свои силы.
— Он прав, Айтарог, — вставил Райсенкард, пытаясь поддержать друга. — Ты первым прошёл этап с охотой. К тому же ты самый бесстрашный из нас. Кто, кроме тебя ещё, осмелился бы оседлать диких волков в лесу? — с улыбкой подшутил сын вождя.
— Всё, хватит! — Айтарог покраснел от смущения. Действительно, это было так. — Я верю в себя. Верю! Только хватит о волках.
Молодые воины рассмеялись над незатейливым охотником, а Радокор похлопал его по плечу. Вскоре после этого Чогг снова протрубил в рог. Это означало начало первого боя. Участники освободили поле, и первая пара вышла сражаться.