— Не глупи. Это куда интереснее, чем целый день торчать здесь без дела! — крикнул Джаррет, догоняя капитана Флойда.
Клей помахал отцу на прощание.
— Лучше почитаю.
— Как хочешь.
Они прыгнули в шлюпку вместе с еще каким-то типом и, рассекая волны, заскользили в направлении яхты Гюнтера. Вскоре их уже не было видно за скопившимися в бухте судами.
В течение нескольких предстоящих месяцев Клею больше не суждено было увидеть отца. А значит, и посоветоваться.
Оставалось принимать решение самому.
На сей раз апартаменты были сняты в другом отеле. Пейс все время курсировал по округу, словно его преследовали сонмы шпионов. Обменявшись короткими приветствиями, мужчины перешли к делу. Клей заметил, что жизнь под прессом тайны сказалась на Пейсе. Атлет выглядел усталым. Движения стали нервными, речь слишком быстрой. Ни улыбок, ни вопросов о рыбалке на Багамах. Пейс был решительно настроен покончить с делом, не важно, с чьей помощью — Клея ли, либо другого адвоката из своего списка. Они сели за стол, открыли блокноты, приготовили ручки.
— Полагаю, пять миллионов за каждого убитого — более уместная сумма, — начал Клей. — Конечно, они лишь уличные мальчишки, чья жизнь не имеет существенной экономической ценности, но то, что сделал ваш клиент, могло бы стоить ему миллионных штрафов. Так что суммируем стоимость товара и штрафа и получаем пять миллионов.
— Парень, находившийся в коме, прошлой ночью умер, — сообщил Пейс.
— Стало быть, у нас шесть жертв.
— Семь. В субботу утром появилась еще одна.
Клей столько раз за эти дни умножал пять на шесть, что теперь затруднился с ходу произвести новые вычисления.
— Кто? Где?
— Неприятные подробности потом, ладно? Должен заметить, это был очень долгий уик-энд. Пока вы рыбачили, мы отслеживали все звонки по 911, для чего в таком городе, как наш, да еще в выходные, нужна маленькая армия.
— Вы уверены, что это убийство тоже спровоцировано тарваном?
— Уверены.
Клей стал царапать что-то бессмысленное в блокноте, выигрывая время.
— Итак, сойдемся на пяти миллионах за каждую смерть, — сказал он наконец.
— Согласен.
По пути из Абако Клей убедил себя в том, что это лишь игра в крестики и нолики. Нужно думать не о реальных деньгах, а просто представлять себе цепочку нулей, стоящих после неких цифр. На время надо забыть о том, что можно купить на эти деньги, забыть обо всех судьбоносных переменах, которые они сулят. Забыть о всяких там жюри присяжных. Просто играть в крестики и нолики. Не обращать внимания на острый нож, бередящий душу. Притвориться железным. И помнить главное: твой оппонент слаб, напуган, при этом баснословно богат и очень виновен.
Клей сглотнул комок в горле и заговорил непринужденно:
— Гонорар адвоката тоже недостаточен.
— Неужели? — Пейс наконец улыбнулся. — Десять миллионов — мало?
— Для такого дела — да. Ваши расходы были бы серьезнее, если бы дело вела крупная юридическая фирма.
— Вы быстро схватываете.
— Половина суммы уйдет на уплату налогов. Накладные расходы, запланированные вами для меня, весьма высоки. Я ведь должен в считанные дни открыть работоспособную юридическую фирму, причем в престижном районе города. Кроме того, я хотел бы кое-что сделать для Текилы и других обвиняемых, которые пострадают вследствие всего этого.
— Назовите свою цену. — Пейс уже что-то записывал.
— Пятнадцать миллионов позволят мне легче преодолеть переход в новое качество.
— Кидаете дротики?
— Нет, просто торгуюсь.
— Значит, в общей сложности вы хотите пятьдесят миллионов — тридцать пять семьям погибших и пятнадцать себе. Я правильно понял?
— Правильно.
— Договорились, — сказал Пейс, протягивая руку. — Поздравляю.
Клей пожал его руку и не нашел что сказать, кроме «спасибо».
— Вот контракт, в нем оговорены некоторые детали и условия. — Макс достал бумаги из кейса.
— Какого рода условия?
— Прежде всего вы ни словом не упоминаете о тарване ни Текиле Уотсону, ни его новому адвокату, ни кому бы то ни было из других подзащитных, имеющих отношение к этому делу. В противном случае вы подвергнете моего клиента серьезной опасности. Как мы уже говорили, состояние наркотического опьянения не является аргументом в пользу обвиняемого. Это могло бы послужить смягчающим обстоятельством при вынесении приговора, но мистер Уотсон совершил убийство, и, что бы он ни говорил, сути дела это не изменит.
— Я понимаю это лучше, чем вы.
— Тогда забудьте об убийцах. Теперь вы представляете интересы семей погибших. Вы — по другую сторону баррикады, Клей, примите это как данность. Согласно договору, пять миллионов будут перечислены вам авансом, еще пять — по истечении десяти дней, остальные пять — по достижении соглашения. Если вы проговоритесь о тарване, контракт будет считаться расторгнутым. Нарушите оговоренные условия — потеряете прорву денег.
Клей кивал, не отводя взгляда от толстой пачки документов, лежавших на столе.
