«Любезный кузен!
Первым делом хочу сообщить, что наш общий друг, леди Кэмерон, да хранит Бог душу ее неразумного супруга, находится сейчас под моими покровительством и защитой. Сообща с ней мы решили оказать помощь герцогу Айтверну. Этот молодой человек выказал немалую храбрость и упорство, достойные лучших рыцарей Срединных Земель. И я, и леди Кэмерон полагаем, что должны поддержать его в борьбе против заговорщиков, претендующих ныне на власть в Тимлейне.
Я понимаю, что тебе наше решение может показаться недальновидным. Позиции графа Рейсворта и его сообщников кажутся безупречно прочными, и мудростью стало бы принять именно его сторону в этом конфликте. Однако некое чутье, дорогой друг и старый противник, подсказывает мне – не всегда стоит поступать мудро. Я мог бы привести с десяток доводов логики, почему эти люди не удержат власть, и какие именно внутренние свары и внешние противники развалят их коалицию не позже, чем в течении полугода от сего дня. Однако мне не хватит писчей бумаги, чтоб изложить подобные соображения. Я скажу проще – я вместе с герцогом Айтверном. Я не прошу и тебя примкнуть к нему, но прошу не оказывать явной помощи его врагам, ведь так ты окажешь помощь и врагам своей предшественницы на таэрвернском троне, вместе с которой некогда доблестно сражался против меня.
Мы находимся сейчас в лагере Данкана Тарвела, расположенном милях в пятнадцати к югу от иберленской столицы. Я пишу эти строки в шесть утра, сразу по прибытии сюда, и надеюсь, тебе они будут доставлены немногим позже полудня. Герцог Тарвел на словах выказал поддержку Артуру Айтверну, однако даже если эта поддержка окажется безусловной и безоговорочной, силы, которыми он располагает, не слишком велики. Наше положение почти столь же отчаянно, каким было твое, когда я осаждал твой стольный город. Я не прошу помочь, ибо понимаю, что в данный вопрос замешана политика, и здравый смысл может заставить тебя удержаться в стороне.
Однако если ты все же как-то, в меру своих сил, вмешаешься – я буду рад.
Я уповаю на тебя, старый враг, ибо больше нам здесь уповать не на что.
Со всем почтением, доставивший тебе много неприятностей в прошлом Клифф».
– Ты собираешься отправиться ему на выручку, – без всякого выражения сказала Кэран, когда молчание совсем затянулось. Фэринтайн вздохнул еще раз.
Наследница Кэйвенов, некогда, в юности, называвшая себя Повелительницей чар, не позволила прорваться и капле овладевших ею эмоций. Эдвард, однако, давно изучил нрав своей супруги и хорошо разбирался в нем. Сейчас он не сомневался – Кэран зла на него. Решение, которое король Эринланда только что принял, действительно являлось редкостным безрассудством, идущим против любого здравого смысла.
– Я помогаю не только Клиффу. Кэмерон и Артуру тоже.
