Король Шаул полностью

– Сделал себе Эѓуд меч длиною в локоть с двумя остриями и привязал его под одеждой своей к правому бедру своему. И поднёс он дары Эглону, царю Моава, а тот был человек тучный. И было: когда закончил Эѓуд подношение дара, то <...> сказал: «Слово тайное есть у меня к тебе, король». Тот сказал: «Тише!2 Когда удалились все, стоявшие при царе, Эѓуд поднялся за ним наверх. Эглон сидел в прохладной комнате, которая для него одного. Сказал Эѓуд: «У меня слово к тебе». Тот стал приподниматься со стула. Тогда протянул Эѓуд левую руку, взял меч с правого бедра своего и вонзил в чрево Эглона. Лезвие вошло по рукоять, и <...> он не вынул меча из чрева его, и вышло испражнение. Эѓуд запер за собой двери и бежал. Приходят рабы Эглона, видят: двери верхней комнаты заперты. Думают, верно, король справляет нужду в прохладной комнате. Ждали они долго, но тот не отпирал. Тогда открыли они, и вот – господин их падает на землю мёртвым. Эѓуд же скрылся, пока они мешкали, прошёл мимо истуканов и бежал <...>. По возвращении своём, протрубил он в шофар в горах Эфраима, и сошли сыны израилевы с гор, а он впереди них. Сказал он им: «Следуйте за мной, ибо предал Господь врагов ваших, моавитян, в руки ваши».

Сошли все за ним, и захватили они переправы через Иордан к Моаву и не давали никому переправиться. И побили в те дни моавитян около десяти тысяч человек, всё крепких и мужественных. Не спасся никто.

Так стали моавитяне в тот день подвластны Израилю. И покоилась земля восемьдесят лет<...>

На рассвете босоногое ивримское войско, снося всё, что попадалось на пути, добежало до штурмового вала врага, а уже оттуда каждая из колонн начала действовать самостоятельно, атакуя лагеря Аммона и его союзников: Эдома, Моава и кочевников-агриитов. В момент атаки изо всех щелей шатров кочевников валил дым – там в больших медных чанах варили мясо.

Авнер бен-Нер велел подбираться к врагу как можно ближе и вступать с ним в рукопашную, не давая пустить в ход луки. Колонну Йонатана, бегущую на отряды царя Эдома, стража заметила издали и подняла на ноги весь лагерь. Эдомцы выстроились в боевой порядок, опустились на одно колено, натянули луки и ждали, пока иврим приблизятся. Но тут вдоль эдомского строя пошли в атаку на колонну Шаула агрииты. Они были храбрыми воинами, но никогда не участвовали в совместных боевых действиях. Когда эта орда в облаке пыли пронеслась мимо строя эдомцев, стрелять было уже поздно, потому что иврим во главе с Йонатаном успели добежать до эдомского лагеря и начали метать камни из пращей. Превосходя нападавших числом, эдомцы сперва защищались и даже готовились перейти в контратаку, но в это время на их лагерь стали падать с неба большие кирпичи, и первый же из них свалил с мула и искалечил эдомского царя. Лёжа на земле под орущим мулом, король беспомощно смотрел, как разваливается над ним верх крепостной стены Явеш-Гил’ада, оттого, что местные мальчишки с разбегу ударяют ногами в тяжёлые кирпичи, и те валятся на стоящий под стеной вражеский лагерь.

Эдомские воины, бросившиеся прочь от стены, попали в поток кочевников, с криками бегущих уже в обратную сторону – они удирали от воинов Шаула. Кочевники сметали на своём пути всех, врагов и союзников, лишь бы поскорее оказаться среди своих палаток и стад. Эта орущая толпа растоптала царя Эдома. Последнее, что он увидел с земли, была его рассыпавшаяся по пескам армия, в которой каждый в одиночку защищался от напористых молодых иврим.