Тишина тяжело висела в воздухе между нами. Огонь был неприятно жарким. Пот выступил на моем лбу, верхней губе. Я посмотрела на свои скрещенные руки, на черное одеяние, которое он мне дал. И на семь медальонов моего ожерелья, блестящих в свете огня. Четыре были пустыми. Я потеряла солнце, луну, звезды и туман. Только огонь, тень и ветер остались в медальонах. Я коснулась их, закрыла глаза, ощущая символы на медальонах. Этого было мало, но они были моей силой в этом ужасном королевстве. Мне было лучше от осознания, что они были тут.
Эта встреча проходила не так, как я надеялась. Хотя у меня не было четкого плана, когда я вошла в эту комнату. Важно было поговорить с Эроласом наедине. Я думала, что все остальное станет понятным.
Может, еще станет. Если я произнесу его имя.
Я могла так рисковать? Во снах его имя на моих губах вызывало Бледную королеву в комнату, яростную и сильную, с магией, которая была сильнее моих нарядов из ветра и огня.
Но часы тьмы быстро ускользали. Рассвет скоро наступит. Рассвет и смерть.
Я не знала точно, но была уверена, что должна была спасти его до рассвета.
Я должна была поцеловать его. Сделать его своим.
Я сделала шаг. Другой. Он глядел на огонь и не замечал меня. Он видел свою смерть в том огне? Смерть своего брата, отца, всех мужчин в его роду? Он помнил их и их судьбы? Хоть невеста очаровала его, он должен был догадываться, что его ждало.
— Тебе не нужно оставаться, — он не оторвал взгляда от огня. Его голос был тяжелым, вялым. — Можешь рассказывать другим о нашей встрече что угодно. Мне все равно.
Я подняла ладонь, помедлила. Но что я теряла? Все… все, что было важно, все надежды и желания. Если я не буду действовать сейчас, я упущу шанс.
Я вытянула руку и опустила легонько пальцы на его руку.
Он вздрогнул от моего прикосновения и посмотрел на меня, немного скалясь. Острые зубы сверкнули в свете огня, но я глядела в его глаза. Я просила его мыслями увидеть сквозь вуали и чары, которые невеста наложила на него. Просила его увидеть меня.
— Если тебе плевать на мысли других, — меня удивляло, как смело я звучала, — почему тебе не поцеловать меня?
Он посмотрел на мои губы. Всего на миг. А потом посмотрел в мои глаза, и что-то было там, борьба. Что-то жаркое и опасное. Это должно было пугать меня.
— Прости, маленькая смертная, — прорычал он. — Но я женат.
— Не полностью, — напомнила я.
— Почти полностью.
— Ваша невеста не запрещала целовать других.
— Моя невеста… — он утих и скрипнул зубами, глубоко вдохнул носом. — Я останусь верен своей невесте. До конца.
Вот. За тьмой его зрачков в глубине. Я видела или почти видела это. И точно ощущала.
Он помнил.
Не полностью. Не узнал даже мое лицо.
Но он помнил невесту лунного огня. Я все еще была в его сердце.
Я шагнула ближе, сжала крепче его руку.
— Поцелуй меня, — сказала я.
Он отпрянул от огня в тени.
— Что? Ты меня не слышала? Я же сказал, я не буду целовать никого, кроме своей невесты.
— Знаю, — я следовала за ним, не отпустила, хоть он тряхнул рукой. Мои пальцы сжали ткань его рукава. — Поцелуй меня, прошу. Я прошу свой четвертый поцелуй.
Теперь я не видела его лицо. Было слишком темно. Только его глаза сияли надо мной, их не удавалось прочесть.
Я приблизилась, протянула другую руку, пыталась коснуться его лица, привлечь его рот к своему. Он отодвинулся, мотая головой. Времени было мало! Нужно было действовать. Рискнуть всем. Сейчас.
— Эролас.
Воздух заискрился.
Острая боль обвила мое сердце и сжала. Я охнула… и он тоже охнул.
— Эролас, — снова сказала я, — поцелуй меня.
— Как… откуда ты… — его голос был мрачным, полным боли. — Откуда ты знаешь мое имя?
— Я — твоя жена. Твоя невеста лунного огня. Я прошла миры в поисках тебя. Я прошла по тропе между Солнцем и Луной, добралась до края Ада, — в этот раз он не отпрянул, когда я протянула руку. Мои ладони прижались к его щекам, гладили большими пальцами его острые скулы. Я потянула, и когда он стал сопротивляться, я потянула сильнее. — Эролас, — прошептала я. Я ощущала силу, рябью бегущую от меня, беспокоя всю магическую защиту в этой комнате, в этом замке. Бледная королева точно ощущала это. Она скоро будет тут. Времени не оставалось. — Эролас, ты знаешь меня?
Вдруг его руки обвили меня, притянули к нему. Я успела вдохнуть, закрыть глаза, и его губы оказались на моих. Он поднял меня над полом, и я стала невесомой, замерла во тьме с жаром огня за спиной, болью от связи наших сердец, пульсирующей в груди. Я обвила руками его шею, погрузилась во тьму, в боль, в поцелуй, погрузилась так глубоко, что все ощущения растаяли в красоте, сладости, свете. Голова кружилась от радости, и если бы я могла вдохнуть, я бы рассмеялась. Но я не могла пока дышать, он целовал меня снова. Наш пятый поцелуй. Шестой, седьмой, восьмой.
Только тогда он отодвинулся.
— Валера! — воскликнул он.
30
Чистый ужас появился за радостью в его голосе.
— Валера, она убьет тебя!
