Сбив налету трёх ангелов и четырёх шордаррцев, Молох продолжал наступать на вемфальцев. Одно его копыто уничтожило целый отряд кентавров, другое раздавило одновременно трёх джиннов. Атаковавшие его големы рассыпались на каменные куски под ударами огромных кулаков.
— Пришло время и нам ввести в бой своё чудовище, — спокойно произнёс Аллогарт.
Он достал небольшую коробку, насыпал на ладонь фиолетовый порошок, а затем развеял его по ветру.
— Да что это за тварь такая?! — выкрикнул при виде Молоха Балтар, ухитряющийся единственным глазом следить за всей битвой. — Надеюсь, у наших магов найдётся против него средство.
— Надеюсь, отец, — сказал на то Брем, умело орудующий мечом.
— Когда закончится весь этот кошмар, — полководец обратился к сыну, не прекращая атаковать дрейтанцев, — Тебя обязательно возьмут в Орден дракона. Ведь…
Но Балтар не успел закончить. Перед глазом резко возникло фиолетовое свечение. Впав в ступор, он пропустил удар вервольфа и раненный упал, заливая траву кровью.
— Отец! — взревел Брем и тут же отсёк тому вервольфу голову.
Враги окружили молодого воина и его раненного отца. С каждым ударом Брем злился всё больше. Его разум закипел. В глаза зажглись жёлтые огни. Затем такой же свет окружил всё его тело. Дрейтанцы и вервольфы в страхе попятились. Золотистая фигура выросла до гигантских размеров, и тогда свечение погасло. Посреди битвы стоял огромный дракон.
— Сынок, — в предсмертном бреду проговорил Балтар. — Ты так вырос.
Единственный глаз полководца закрылся.
— Отец! — взревел дракон, взмахивая крыльями.
Удар хвоста сбил с ног шеренгу дрейтанцев. Выпущенная из пасти струя огня превратила стаю вампиров в пепел. Вервольфы оказались нанизаны на когти передних лап. С рычание Брем в чудовищном облике ринулся навстречу Молоху. Увидев, что дракон на их стороне, вемфальцы и союзники облегчённо вздохнули и с большей уверенностью атаковали врагов.
— Моя любовь! Моя страсть! — проговорил заворожённый Улиус, глядя вслед Брему и поглаживая бороду. — Я знал и верил, что они вернутся.
Дракон продолжал наступать вперёд, отбрасывая передними лапами врагов. Ему навстречу двигался Молох, сокрушая копытами йотунов и джиннов, смело преграждавших ему путь.
— Ты знал, что у них есть дракон?! — спросил ужаснувшийся Цертанар Ордвилла.
— Были такие мысли, — сухо ответил колдун, внимательно следя за передвижениями чудовищ. — Я не верил, что таких могучих существ можно уничтожить с такой лёгкостью.
Участники битвы с обеих сторон постепенно освобождали центр равнины, словно готовя ристалище для поединка двух гигантов. Создавая крыльями потоки ветра, Брем первым ступил на освобождённое место. Молох лишь на мгновение отстал от него. Из драконьей пасти вместе с яркими всполохами пламени вырвалось рычание. Подняв голову, Молох ответил трубным рёвом.
— Отомсти за себя, — прошептал Ордвилл, потирая медальон.
— Действуй, мой малыш, — словно в ответ произнёс Аллогарт.
Застывшие подобно гигантским изваяниям, чудовища резко сорвались с места навстречу друг другу. Брем оттолкнулся всеми четырьмя лапами и взмыл в воздух. Оказавшись над Молохом, он камнем ринулся на него. Но дрейтанское чудовище наклонило голову и воткнуло рога в драконий бок. Упавший дракон зарычал от боли. Молох двинулся на него и занёс для удара копыто. Но дракон заметил опасность и хвостом повалил врага. Земля сотряслась. Обе армии, затаив дыхание, смотрела за битвой чудовищ.
— Он сможет победить? — спросил Гладобар Улиуса.
— Думаю, да, — кивнул тот. — Драконы и не на такое были способны.
Брем и Молох одновременно поднялись. Обменявшись гневными взглядами, они снова бросились друг на друга. Когтистые лапы столкнулись с огромными кулаками. Дракон отражал удары врага и наносил свои, но из раны на его боку текла кровь, и он слабел. Почувствовав это, Молох принялся уворачиваться от драконьих атак, подставляя под удары шипы, выступающие из его тела. Полученные царапины ещё больше отняли сил у Брема, он завыл от боли и, пропустив атаку Молоха, рухнул на землю. Дрейтанское чудовище нависло над поверженным драконом и собралось обрушить на него град ударов.
—
Ударная волна двух магов заставило оглушённое чудовище отшатнуться на три шага.
—
