Тяжелый кастет проехался по носу несчастного бандита, и он, успев только вскрикнуть, упал навзничь, судорожно зажимая рану в боку и грязно ругаясь на соратника. Последний, на секунду опешив, замер, переводя взгляд с кастета на поверженного союзника, но потом снова зарычал, бросаясь в бой. В эту минуту все правильные мысли из его сознания, похоже, вымело — он не думал об опасности Диктора, не желал признавать себя слабее него, и бросался в драку, как бешенная собака, одержимый жаждой уничтожения.
Шон ждал его с расслабленной, но обжигающе-острой улыбкой на тонких губах, ждал, щуря голубые глаза, пылающие холодным пламенем, и даже не пытался увернуться. В конечном итоге, пока противники не успокоены и не уложены в ряд на травке, конструктивной беседы с ними не получится.
Бандит, размахивая кастетом, подскочил к парню вплотную и, бросив взгляд на окровавленный нож в его руке, на секунду замер, примеряясь. А затем вдруг сделал обманный выпад слева и, воспользовавшись мгновенно отвлеченным вниманием блондина, нанес удар справа, метя в глаз. К счастью, увернуться Шон успел, удар пришел по скуле, но душа его на это отозвалась жестокой яростью.
Парень метнулся вперед, как зверь, как хищник, как тигр, набрасывающийся на свою жертву и, резким ударом левого кулака в живот отшвырнул противника на несколько шагов. Перехватил поудобнее нож и, прищурившись, вновь рванулся, было, к нему, намереваясь прикончить, перерезать глотку, как делал уже несчетное количество раз… но внезапно замер, вспоминая о поставленной цели.
Нет, убивать нельзя — мертвые, как правило, не болтливы, а ему необходимо выцыганить из двух олухов необходимую информацию.
Пытающийся прийти в себя бандит очень удачно попытался ударить противника ногой, и Шон, мгновенно среагировав, вонзил нож ему в бедро повыше колена. Этого было вполне достаточно, чтобы обездвижить и утихомирить, а также чтобы убедить быть откровенным.
Дикий крик, вопль боли прокатился над лесом, и Рэдзеро, морщась, заткнул одно ухо пальцем.
— Зачем же так кричать… — он осуждающе покачал головой, — Для нашей беседы довольно будет и среднего тембра, нет нужды повышать голос. Итак, господа, вы, я вижу, притомились… Я нахожу этот момент самым подходящим для дружеской беседы, — голубые глаза стали жесткими, — Как вы нашли нас?
— Пошел… к черту! — выдавил из себя более ловкий противник, и Диктор неодобрительно покачал головой. Глупцов он не любил, и считаться с ними не привык.
— Неправильный ответ, — очень спокойно и холодно уведомил парень и, пользуясь тем, что стоял поблизости, резко ударил ногой по ране.
Мерзавец взвыл, хватаясь за ногу; захлюпал носом, судорожно втягивая воздух. На глаза его навернулись слезы.
— Да не знаю я ничего! — почти в отчаянии выкрикнул он, — Мне Ди-Ре о своих планах не докладывает, патрон велел его приказы исполнять — я и исполняю! Нам сказано было патрулировать долину, смотреть, как бы не появилось кого подозрительного — вот мы и патрулировали! Когда вас заметили, поняли, что вы и есть подозрительные, вот и сработали… Только Бен, дурак, не того языка взял! — он внезапно ощерился и зарычал, — Эй, Бен! Ты че заткнулся, говори давай!
Шон, бросив быстрый взгляд на упомянутого Бена, криво улыбнулся.
— Твой дружок в отключке, приятель. Кажется, удар он держать не умеет, а приложил ты его нехило…
— Это ты его порезал, — огрызнулся бандит, — На тебе вина, не на мне!
— Мне плевать.
Блондин поднял руку и, не понимая, что движется по его щеке, смахнул это. Заметив на пальцах кровь, он изумленно приподнял брови.
— Ты мне скулу, что ли, разбил?
Собеседник неприятно осклабился.
— А то! От моего кастета еще ни одна сволочь…
Диктор внезапно воздел указательный палец, прерывая говорливого бандита.
— Хорошо, что напомнил.
Он присел на корточки рядом с противником и, уверенно схватив запястье той руки, на которой красовался кастет, сдернул последний с пальцев. После чего под потрясенным взглядом врага хладнокровно убрал его в карман, и остро улыбнулся.
— Тебя как зовут-то, парень?
— Энди… — обезоруженный бандит растерянно заморгал. Ему почему-то казалось, что, забрав кастет, Диктор сейчас же пустит его в дело, но тот, по-видимому, не планировал продолжать сражение.
— Энди… — Шон покачал головой, — А знаешь ли ты, что экс-короля Восточной долины тоже зовут Энди? Впрочем, такому как ты, на это, скорее всего, наплевать. Да, так о чем я… Вы двое были единственным патрулем или есть еще?
Энди фыркнул и презрительно дернул подбородком, не переставая держаться за раненную ногу.
— Дьявол разослал патрули по все долине, рядом с собой почти никого не оставил! Разве что племянника патрона, да нескольких своих верных псов. И даже не пытайся выведать у меня что-то о его планах, придурок! Я ничего не знаю, и такому как ты…
— Заткнись, — улыбка блондина стала вежливой, — Значит, ничего не знаешь… Хорошо. Ди-Ре планирует сидеть на одном месте, или все-таки двинется ко дворцу? Попробует захватить…
