— А он и не появлялся. Полагаю, щенок Красного Билла все это время следил из засады, а когда понял, что дело проиграно — дал деру. Что ж, это довольно разумный поступок. Тебя же, как я полагаю, можно поздравить, босс? Ты — король…
— Карвер!
Двери дворца распахнулись, и Кевин, счастливый и взволнованный сверх всякой меры, слетел по ступенькам вниз. Остановился на полушаге, восхищенно и пораженно глядя на золотой обруч на челе брата и, покачав головой, протянул ему руку для пожатия.
— Я поздравляю… поздравляю тебя, брат! Ты достоин, ты заслуживаешь этой чести! И… ты даже как-то изменился, — врач чуть склонил голову набок, — Лицо посвежело, в тебе… какое-то внутреннее сияние появилось.
Трес широко улыбнулся, сжимая ладонь младшего брата.
— Воды источника творят чудеса, Кевин. Они исцеляют тело, и успокаивают душу, они дарят силу и наделяют могуществом! Когда я пил их, я чувствовал, что это именно то, что я должен был делать, что все это…
— Прошу прощения, — голос старого Эрея из-за спины заставил друзей удивленно повернуться к нему. Самого экс-короля до сей поры никто не видел.
Мужчина, спокойно стоящий неподалеку, держал одной рукой за ухо, а другой приставлял к боку тонкий кинжал, того самого парня, мальчишку, который, как думали все, уже успел бежать.
Леонард был мрачен и недоволен, однако, вырваться не пытался.
— Я счел своим долгом поймать этого щенка, — заметил Эндрю, — Ибо, насколько мне известно, он довольно кусачий.
— Неправда! — Лео неловко дернулся и зашипел от боли в ухе, — Я не… я вообще ничего не собирался делать, это все Ди-Ре хотел! Хотел Долину захватить, хотел Альфу убить… Я тоже хотел, но чуть-чуть.
Трес, не в силах сдержаться, рассмеялся и махнул рукой.
— Отпусти его, Эндрю, пусть уходит. Щенок достаточно сообразителен, чтобы понять — у Восточной долины появился защитник. Можешь передать своему дядюшке, Лео, — здесь он чуть повысил голос, — Что сюда дороги больше нет. Ищите промысла в другом месте.
Рука Эрея разжалась, отпуская ухо юного преступника. Леонард, прижимая к покрасневшему, распухшему слуховому органу ладонь, отступил на шаг, на два… а потом внезапно замер и замялся.
— А мне… может, дадите чуток водички из источника? Я не для себя! — он быстро мотнул головой, — Для дяди! Он болен, я бы хотел… — наткнувшись на ледяной взгляд изумрудных глаз нового короля Восточной долины, мальчишка смутился и поспешно отступил еще на несколько шагов, — Я все понял. Ну, я это… всего доброго, — и с этими словами, более не задерживаясь, он торопливо шмыгнул в заросли леса, скрываясь там.
Арчибальд неожиданно поднес левую руку к губам и свистнул в два пальца. Из дверей дворца выпрыгнул верный волк, которого мужчина оставлял внутри для охраны и, подойдя к хозяину, замер рядом с ним.
— Проводи мальчика, — велел Хищник, едва заметно улыбаясь, — Только постарайся не загрызть.
Волк коротко рыкнул, вне всякого сомнения, уяснив приказ, и одним прыжком исчез в кустах. Судя по испуганному крику, донесшемуся вскоре оттуда же, с Леонардом он встретился успешно.
— А с ним что? — Шон неприязненно покосился на стонущего на земле Ди-Ре. Карвер равнодушно пожал плечами.
— Насколько мне известно, здесь есть темница. И, полагаю, умереть наш Дьявол хотел бы больше, чем попасть в нее…
***
Прошло два дня. Арчибальд, безмерно уставший за это время от знаков внимания, оказываемых ему Таиной, от почестей, которыми его норовили осыпать все, кому не лень, стоял, привалившись к стене в главном зале дворца, и безучастно наблюдал за веселящимися, пирующими людьми. Отмечали коронацию Треса, которая официально состоялась вчера, при скоплении большого количества людей, очень торжественно и красиво. Вчера на голову нового короля был возложен тяжелый венец, очень отличный от того легкого золотого обруча, что был на нем во время боя, и вчера же он вновь испил из источника под бурные крики толпы, и умылся волшебной водой.
Все это произошло вчера, ближе к вечеру. Празднество же было назначено на сегодня и началось едва ли не с самого утра, поэтому Молле, не слишком любящий суету, уже успел изрядно утомиться.
К нему бесшумно приблизился Доминик и, тоже привалившись к стене, скрестил руки на груди.
— Как рука? — на собеседника Конте не смотрел, выдерживая характер и словно бы подчеркивая, что ему совершенно наплевать на его здоровье и самочувствие.
Арчибальд безразлично повел плечом.
— Кевин, — бросил он одно короткое слово, объясняющее, на его взгляд, абсолютно все. Оно и объясняло — волшебный целитель действительно уже успел поработать над раной друга, и от той не осталось и следа.
— Мне кажется, тебе бы тоже не помешало глотнуть воды из источника, — Доминик по-прежнему продолжал смотреть в зал, не сводя взгляд с Саены, — Шон прав — с таким обилием ран, как у тебя, с таким образом жизни, ты лет через двадцать превратишься в развалину.
— И тебе отвечу, как ему, Ник — не дождешься, — Арчи повернул голову, в упор взирая на объект своей извечной неприязни, — Зачем ты подошел ко мне? Мне думалось, ты хочешь быть с ней.
