— Ты просишь о большой услуге, ты ведь понимаешь. Я должен подчиниться тебе — человеку? Показать всем, что признаю власть одного из людей? Вы думаете, что изгнали нас и теперь правите миром. Но всё возвращается на круги своя. И мы вернёмся. Через тысячи лет, когда вы почти уничтожите свой мир, мы придём — и уже вы будете на коленях умолять спасти ваши жизни...
— Прости... — Карл низко опустил голову, словно слова дракона были из камня.
— Вы сами выбираете свой путь... Ты тоже выбираешь свой... Я помогу тебе, мальчик, но слова «прости» для меня недостаточно... Ваши слова стоят слишком дёшево...
— Но у меня почти ничего нет...
— Я попрошу тебя об услуге... Услуга в обмен на услугу — это ведь честно?
Карлу снова показалось, что дракон улыбается.
— Чего ты хочешь? — спросил он.
— Обрести свободу. Они наложили на эти цепи заклинание, и только человеческая магия может его разрушить. Ты человек, и в твоей палочке частица человека. Ты можешь освободить меня.
Карл испуганно посмотрел на дракона.
— Откуда ты знаешь?.. Про мою палочку?..
— Ты не слушал моих слов, мальчик, — покачал головой Тубан.
— Но... Но если я освобожу тебя... Что ты будешь делать?.. Теперь везде живут люди... Ты опасен для них!..
— А ты? — тихо спросил дракон.
Карл замолчал. Он медленно обвёл взглядом зрительские ряды. И вдруг среди одинаковых масок непонимания, страха и брезгливого отвращения, заметил ледяные глаза. В них тоже отражалось удивление, но оно было осознанным, словно Джейден Ван Стратен понимал, о чём Карл говорил с драконом... Вдруг он потом всем расскажет?..
Карл с трудом оторвал взгляд от человечьих глаз и посмотрел в драконьи.
— Хорошо, — медленно произнёс он. — Я попробую... Но я не знаю заклинания...
— Я назову тебе заклинание...
Карл приготовился слушать, но слова прозвучали внутри него, словно мысли дракона на мгновение проникли в его разум.
— Просто повтори их, — сказал Тубан.
Карл сглотнул и сжал в руке волшебную палочку, потом поднял её и произнёс странную фразу.
Сначала ему показалось, что ничего не произошло. Дракон по-прежнему лежал на камнях — и вдруг, медленно расправив свои крылья-скалы, начал подниматься в воздух.
Минутное оцепенение спало — и люди повскакивали со своих мест. Работники турнира, отвечавшие за содержание зверей, выбежали на поле, протягивая вверх волшебные палочки и выкрикивая заклинания, но лучи света отражались от каменной чешуи дракона и возвращались обратно в землю. Это было похоже на звёздный дождь...
Когда крылатая точка растворилась в облаках, Карл подошёл к камням, на которых лежал дракон, и поднял золотое яйцо.
Конечно, он не победил. В судейских бланках просто отсутствовал такой пункт, как оценка умения говорить с противником. Особенно если этим противником был дракон. Директор Шармбатона добивалась его дисквалификации, директор Дурмстранга сказал, что за такое, по меньшей мере, сажают в Азкабан. На это профессор Грюм ответил: «Да, некоторым давно пора оказаться в Азкабане». Прямых доказательств вины Карла не было. Наблюдавшие за состязанием люди не знали змеиного языка. Только Гарри Поттер, но Гарри не был похож на человека, который станет доносить на других. Каким человеком был Джейден Ван Стратен, Карл не знал. Он каждую минуту ждал, что к нему придёт директор и скажет: «Это был ваш последний день в Хогвартсе». Но наступил вечер, а директор так и не пришёл. Наверное, кому-то удалось убедить судей, что мальчик просто пытался победить дракона, и не его вина, что эти попытки привели к таким печальным последствиям.
Это означало, что Джейден им ничего не сказал.
Карл увидел его в одном из коридоров замка. Он помнил, что этот человек применил заклятие к людям. Но сегодня Джейден не выдал его. Пересилив себя, Карл подошёл к нему и проговорил, глядя под ноги:
— Спасибо...
Он думал, Джейден, как всегда, ничего не ответит. Но юноша вдруг поднял голову и проговорил с кривой улыбкой:
— Не стоит благодарности.
