– Точных цифр я вам сейчас не назову. – Начальник медицинского и научного секторов наморщил лоб. – С утра докладывали по сводке, но я уже не помню. Порядка шести рожениц и четырех детей. А что?
– Какая цифра является среднестатистической по ежемесячным отчетам специалистов?
– Что-то около пятнадцати рожениц и, соответственно, детей. Но последних иногда бывает больше. Двойни случаются. А в чем, собственно, вопрос?
– Аналитический отдел просчитал ситуацию на ближайшее будущее. Даже с учетом сохранения приведенных цифр, через четыре месяца я подниму вопрос о прекращении выделения родившим женщинам двойных норм.
– Мы с вами обсуждали уже эту ситуацию, – немедленно заявил Судницын. – Родившим женщинам просто необходимо в первые месяцы после родов получать увеличенную норму. Они же кормят новорожденных грудью! Если снизить объем их ежедневного рациона, мы получим точно такую же ситуацию, как на вашей молочной ферме. Грудное молоко просто исчезнет. Заменить его мы ничем не можем. Научный отдел до сих пор бьется над этой проблемой, но получить идентичный по химическим свойствам состав мы не можем. Без материнского молока, в котором содержатся, ко всему прочему, еще и белки, повышающие иммунитет новорожденных, дети начнут болеть все чаще. Но даже если произойдет чудо и все они будут здоровы, то пропажа молока приведет к тому, что нам придется с первых дней выдавать молодым мамам тройную порцию пищевых норм, а не двойную. Ведь у них без питания останутся дети.
– А если мы с вами не откажемся от выделения дополнительных норм кормящим, то вскоре мы не сможем выделять регламентированные пищевые нормы уже никому! – горячо бросил Мельник. – А здесь еще уважаемый Николай Федорович требует тройных норм для солдат! На два месяца! Я все понимаю, но, боюсь, это замкнутый круг, господа.
– Давайте не будем паниковать раньше времени. – Судницын сделал успокаивающий жест. – По окончании совещания мы составим список вариантов и предложим нашим аналитикам просчитать оптимальный. Николай Федорович, – начальник медицинского и научного секторов посмотрел на генерала, – вы, кажется, хотели предложить два варианта по ранее поднятому вопросу. Расскажите, пожалуйста, о втором.
– Второй вариант предполагает использование по максимуму старого месторождения нефти и заморозку нового проекта до окончания подготовки кадров. Повторюсь: сроком на два месяца.
– Это невозможно, – выдохнул начальник отдела снабжения и энергетики. – Имеющиеся природные запасы практически опустошены. Но, даже если нефти там было бы предостаточно, это не спасло бы ситуацию. Из двух станков-качалок в настоящее время работает только один. Второй сломан в самом начале полярной ночи. По этой причине мы не можем начать заготавливать топливо впрок. Те немногочисленные запасы, что у нас были, подходят к концу. Производственных мощностей у нас хватит, мы можем увеличить темп производства готовой продукции почти в три раза.
– Хоть где-то пока все хорошо, – усмехнулся Судницын. – Только сырья не хватает.
– Если корабль сможет достать на Фолклендских островах или у берегов Австралии запасные части для штанговых насосов, то мы в ближайшее время начнем пополнять склад неприкосновенным запасом. Но, даже если все пойдет гладко, два месяца мы не протянем. С имеющимися запасами и скоростью добычи нефти, без постоянного пополнения, генераторы электроэнергии встанут уже через пятнадцать дней, и база превратится в холодильник, а мы все – в замороженные полуфабрикаты. Я бы даже подумал вот о чем. Если корабль привезет запасные детали, то стоит ли их использовать на старом месторождении? Сборка, затем демонтаж в условиях постоянной отрицательной температуры не выше минус тридцати градусов… Не целесообразнее ли начать сборку станка уже на новом месторождении?
– Этот вопрос, я считаю, нужно отдать аналитикам на первоочередную проработку, – предложил Потапов. – Станислав Иванович, когда возвращается экспедиция?
– По предварительным расчетам, через десять дней.
– Значит, у нас есть еще время решить этот вопрос. Пусть специалисты поломают головы и предложат наиболее выгодный вариант, опираясь, в первую очередь, на баланс добычи-затраты нефти и на процент полученного запаса топлива. Так. – Генерал на секунду задумался. – Разгрузка корабля будет происходить на старом месте?
– Да. – Мельник кивнул. – Опираясь на разведданные от ваших людей, мы поняли, что рельеф береговой кромки за год существенно не изменился. Сейсмические датчики, разработанные командой Сергея Владимировича, также пока дают только положительные данные. Посему место высадки людей и разгрузки предлагаю оставить то же.
– Личный состав и автопарк будут в вашем распоряжении практически полностью.