Стараясь ступать тихо по грязному бетонному полу, мы доходим до ограждений из металлической сетки, за которыми мрак становится все плотнее и темнее. Вульф светит фонариком на пол, и я замечаю полосы, проступающие сквозь пыль. Эти ограждения совсем недавно передвигали. Не обращая внимания на шум, который создаем, мы оттаскиваем часть металлического ограждения в сторону, чтобы проскользнуть внутрь. Никто не бросается на нас из темноты, поэтому мы продолжаем идти вперед, но тут мое внимание привлекает какое-то движение, и я толкаю Вульфа локтем.
Я указываю на угол, и когда Вульф освещает это место, хмуро смотрю на крысу, которая смотрит на нас в ответ, сердито вереща и размахивая хвостом. Вот же чертова гадость.
Несмотря на то что мы находимся в подвале отеля, крыса – это плохой знак.
Вульф уже собирается идти дальше, как в тени появляется что-то еще. Я хватаю его за запястье и направляю свет на место, где, мне показалось, было какое-то движение. Чуть дальше от нас по пыльному полу извивается черная змея, глаза которой устремлены на ее добычу.
– Ты что, издеваешься надо мной? – рычит Вульф.
Змея поднимает голову, готовая нанести удар, и в мгновение ока впивается зубами в крысу. Она быстро обвивается вокруг тела серого существа и обездвиживает ее, а я отворачиваюсь.
Мы в нужном месте.
Я иду вперед, проверяя следующую комнату, и наталкиваюсь на закрытую дверь. Похоже, подвал представляет собой заброшенное складское помещение, но в отличие от этой двери все остальные открыты. По крайней мере, в этой зоне.
Из-под двери пробивается свет, и мы с Вульфом молча останавливаемся по обе стороны от нее, держа оружие наготове. С другой стороны двери не доносится ни звука, и я молюсь, чтобы мы не опоздали.
Я перемещаюсь, готовясь выбить дверь, но она открывается внутрь прежде, чем я успеваю до нее дотронуться.
Стоящий в дверном проеме Джейс, держащий руку на дверной ручке, смотрит сначала на мое лицо, а затем на мою позу.
– Ты хоть проверил, заперта ли она?
– Ты здесь. – Я изумленно таращусь на него. – С тобой все в порядке?
– Это было «нет», – бормочет Вульф и, зайдя внутрь, осматривается. – Видимо, ты был занят, – тихо присвистывает он.
– Этот урод не умер! – Кора выбегает из тени и сразу же бросается к Вульфу.
Она обвивает руками его талию и прижимается головой к шее, идеально вписываясь в его объятия. Вульф вздрагивает от ее прикосновения. Еще сутки назад он постоянно прокручивал случившееся в мыслях, а теперь Коре с легкостью удалось вырвать его из пучины мыслей.
Я вхожу в комнату и вижу, что на полу в дорогом костюме лежит Алекс Руссо. Он выглядит мертвым, как и Паркер, но в отличие от последнего Алекс Руссо не получил пули между глаз. Не в силах совладать с собой, я издаю вздох облегчения и злюсь на то, что мы не позаботились о его смерти сами. Как бы то ни было, засранец получил тот конец, который заслуживал.
– Алекс не умер.
Я подхожу и толкаю его ногой, но он даже не реагирует и не моргает.
– Выглядит он мертвым.
– Кора вколола ему парализатор, – вздыхает Джейс. – Она заставила меня еще раз проверить пульс, так как сначала мы решили, что он умер. Пульс оказался слабым, но все же присутствовал. Возможно, в ближайшие несколько часов он придет в себя.
– Отлично, значит, возьмем его с собой. – Я возвращаюсь к Коре и целую ее в макушку.
Вульф все еще не отпускает ее из своих объятий, и это прекрасно. Я глажу рукой ее спину, но, когда касаюсь шеи, Кора вздрагивает. Испугавшись, что сделал больно, я отступаю назад, но она кладет руку мне на плечо и дважды его сжимает. Я отвечаю на ее жест легкой улыбкой.
– Возьмем, – говорит Джейс. – Мы с ним еще не закончили.
– Нам нужно выдвигаться, – вмешивается Вульф. – Шериф…
– Наверное, он уже в пути, – заканчиваю я. – Тэм выиграла нам немного времени, но его будет недостаточно, если мы задержимся.
Мы с Вульфом подходим к телу Алекса и поднимаем его. Вульф за ноги, а я – за руки. И мне плевать, если в процессе мы вывихнем Алексу плечи. Мы выносим его через дверной проход, а Кора и Джейс следуют за нами. Позже у нас будет время убедиться, что с ними действительно все в порядке, а прямо сейчас нам нужно немного помучить этого человека.
Я пристально смотрю на человека, который называет себя Стерлингом. За последний час действие яда начало сходить на нет. Алекс стал моргать и смотреть по сторонам. Он подергивает пальцами, будто проверяет, вернулись ли силы в его руки, но они, как и ноги, остаются вялыми, даже когда я втыкаю лезвие ножа в его кожу. Я полагаю, что невозможно не проявить реакции на боль, если ты не парализован.
Дышит он, кажется, тоже нормально.
