Малик смотрит на меня, и я натянуто улыбаюсь. Тренировка это или нет, я нервничаю. Под моей кожей начинается пульсация, которую я раньше никогда не чувствовал, и мне кажется, что мои внутренности начинают гудеть. Мы неторопливо едем по тихой улице, пока не находим грузовик, который кто-то днем пометил красным крестиком, и следуем за ним через весь Саут-Фолс практически до границы территории Титанов. Мое сердце колотится, когда мы наконец оказываемся на изолированной дороге, ведущей прямо в Вест-Фолс. Папа подает сигнал, и четыре Адских пса вырываются из строя. Они проезжают мимо грузовика, паркуют свои мотоциклы на другой стороне улицы и достают пистолеты.
Грузовик резко тормозит, и красные огни его фар освещают Малика, папу и меня. Мы объезжаем машину и останавливаемся рядом с водительской дверью, а Малик рывком открывает ее. В считаные секунды водитель оказывается лежащим на земле между его ног, и Малик направляет пистолет прямо на него. Подбежавший к нам Адская гончая заменяет Малика, позволяя ему и папе свободно обойти грузовик сзади. Один из наших людей уже крепко сжал ручку двери и ждет папиного разрешения, чтобы открыть ее.
Дверь открывается с дребезжащим звуком, и первое, что поражает меня, – это вонь. Она будто сбивает меня с ног, и я падаю на задницу, прикрывая нос и рот рукой. В грузовике, вопреки нашим ожиданиям, нет наркотиков или, знаете, ящиков с двойным дном, в которых они могут быть спрятаны. Нет. Мы видим там только девушек и женщин.
Малик хватает фонарь и светит внутрь, и от света они шарахаются в сторону. По меньшей мере их десять человек. Поношенная одежда свисает с их тел, и когда я смотрю на своего отца, то замечаю, что он со злостью сжимает челюсти, но молчит. Одна из Адских гончих бросается к обочине дороги и извергает наружу содержимое желудка. Звук рвоты вкупе с запахом из грузовика вызывает и у меня позывы, которые скручивают желудок, но я подавляю желание согнуться пополам и встаю, жестом подзывая девушек подойти ближе. Прежде всего им нужно выйти наружу, но они не двигаются. Поэтому я вскакиваю на ноги и сам поднимаюсь к девушкам.
Мои ноги скользят по мокрому решетчатому металлическому полу, и когда я оказываюсь внутри и снова подзываю одну из девочек ко мне, они все испуганно отскакивают назад. Запах, повергший нас в шок, похоже, исходит из опрокинутого ведра, которое стояло у задней стенки. Ублюдки, поместившие этих девушек в грузовик, дали им одно-единственное ведро, в которое они могли бы испражняться. Меня пронзает гнев, и я без разговоров хватаю ближайшую ко мне девушку за запястье и тяну к выходу. Возможно, она моего возраста или даже моложе. Я передаю ее Малику, и следом за нами из грузовика выходят еще несколько девушек. Кажется, их застывший ужас рассеялся, и теперь они все настойчиво пытаются выйти из грузовика наружу.
Наконец я спрыгиваю и вытираю руки о штаны, но этот запах настолько глубоко проник в мой нос, что я захожу за угол, чтобы сделать несколько глубоких вдохов, а затем подхожу к своему отцу, чувствуя, как гнев внутри меня разгорается все сильнее.
– Ты говорил про наркотики, – шиплю я, и он качает головой.
Думаю, отец тоже удивлен нашей находке, но он никогда в этом не признается.
– Так сообщила разведка.
– Твоя крыса в Титанах все перепутала.
– Уйди с моих глаз, парень, – рычит он. – Пошли.
Я следую за ним мимо девушек к стоящему у грузовика водителю, которого мой отец снова опрокидывает на спину. Отец наступает ему на горло, но поскольку он не вкладывает в это слишком много силы, я думаю, он хочет допросить его, а не убить.
– Ты знал, что перевозил? – спрашивает отец, а Малик встает рядом со мной и смотрит на происходящее, сложив руки на груди.
– Н-н… нет, – заикается мужчина. – Я просто забрал контейнер с верфи, как мне приказали.
– Титаны?
– Я направлялся в Норд-Фолс, – качает головой мужчина. – Специальный заказ.
Информация, полученная нами, действительно неверна, если только мы не ошиблись с грузовиком.
Я смотрю на Малика, который стоит с невозмутимым выражением лица, а затем снова на отца, который наклоняется ближе к мужчине.
– С кем ты встречался?
– С парнем, владеющим клубом «Террор».
Отец сильнее надавливает ногой на горло водителя, и мужчина корчится, пытаясь скинуть его ногу. Но затем его лицо краснеет и наконец темнеет. Он пытается бороться, но мой отец давит еще сильнее, и в конце концов раздается странный звук, похожий на треск или щелчок. Мужчина замирает.
– Он сломал ему трахею, – говорит Малик мне на ухо, будто мне нужно объяснение того, что я сейчас увидел и услышал.
– Вульф, за мной, – велит папа, перешагивая через водителя и забираясь в кабину грузовика. – Кто-нибудь, закройте дверь, а девочек отвезите в клуб.
