Клав> Доброе утро, Джилл.
! ДЖИЛЛ> Доброе утро, Роджер. Надеюсь, ты хорошо выспался.
Клав> Да. Извини, что я не смог поговорить с тобой. Я прочитал твой очерк. Он замечательный.
! ДЖИЛЛ> Теперь он кажется мне неуклюжим. Я не стала его переделывать, подумав, что тебе следует критиковать его исходный вариант. Я чувствую, что неспособна сделать это сама.
Клав> Что ж, сегодня утром у нас наверняка будет достаточно времени. АСИДАК не передает нам ничего, кроме технических подробностей. ЛитВиз сейчас гоняется за другой добычей. У тебя есть еще что сообщить, прежде чем мы обсудим твой очерк?
! ДЖИЛЛ> Я направила отчет о ходе выполнения недавно порученных мне проектов и решении проблем в твою библиотеку. Больше ничего срочного для обсуждений нет.
Клав> Хорошо. Тогда просто поболтаем.
! ДЖИЛЛ> Голосовое общение.
– Ради чего ты пытаешься понять концепцию человеческого правосудия, Джилл?
– Мои исследования селекционеров и других подобных групп поднимают очень интересные вопросы, на которые я могу ответить только с отсылками к правосудию, справедливости и возмездию, мести и поддержанию общественного порядка.
– Ты пришла к каким-либо выводам?
– Справедливость, похоже, связана с равновесием в термодинамическом смысле.
– Как так?
– Социальную систему удерживают в равновесии противодействующие силы, инициативы отдельных личностей, а не ограничения в обществе в целом. Правосудие – часть этого уравнения.
– В каком смысле?
– Индивид должен воспринимать требования социальной системы. Он должен уметь моделировать и прогнозировать полезность своей деятельности внутри этой системы. Если он воспринимает действия других людей как вредные для себя или для системы, то чувствует так называемое «негодование». Я правильно понимаю?
– Пока все верно.
– Если позволить негодованию неограниченно возрастать, это может привести индивида к экстремальным действиям, которые выведут социальную систему из равновесия. Негодование может постепенно перерасти в гнев и далее в ярость.
– Ты имеешь в виду, что если человек ищет возмездия, но добиться его не удается, он может прибегнуть к самосуду?
– Похоже, у этого слова больше отрицательных, чем положительных коннотаций. Самосуд – это стремление обеспечить справедливость, когда она оказывается вне правовых норм. Следует ли считать селекционеров и связанные с ними группы сторонниками самосуда?
– Да.
– А значит, в рамках социальных структур установление правил – правопорядка и применяемых методов его восстановления – приводит к тенденции подавлять экстремизм негодующих. Месть регулируется, а не выражается свободно, не разрушает общество. Общество берет на себя определение меры ответственности за причинение боли или дискомфорта индивиду, то есть меры возмездия или наказания.
– Да.
– Вот что мне пока не удается понять, – это собственно чувство «негодования», или ощущение личного оскорбления…
– Возможно, потому, что у тебя еще нет чувства собственного достоинства.
– Это взаимосвязано, да…
– Похоже, ты полагаешь, что могла бы найти ключ к самосознанию, к интеграции своих систем самомоделирования и установлению правильной обратной связи путем изучения идей справедливости и возмездия.
– На самом деле я так не полагала, но, похоже, это возможный путь.
– Это из-за порученных тебе исследований по селекционерам. Не думаю, что кто-либо когда-либо исследовал теорию мыслителей с подобной точки зрения. Но до тех пор, пока тебя не сердят мои ошибки…
– Почему меня должно злить или возмущать то, что ты делаешь?
– Потому что я всего лишь человек.
– Это шутка, Роджер?
