Другим признаком стратегического ума Брунгильды был тот факт, что она никогда не отправляла армии на два фронта одновременно. Вынужденная периодически воевать с лангобардами, она постаралась урегулировать отношения с другими соседями франков.
Примирение с вестготами
Однако с вестготами было примириться непросто. Гунтрамн принял смерть Ингунды в изгнании близко к сердцу и возлагал за нее ответственность на Леовигильда. Во всяком случае, этот предлог позволял ему проводить набеги на Септиманию, которую он очень рассчитывал завоевать. Первая неудача в 585 г. не заставила его отказаться от этого плана{641}. Правда, королю Бургундии, как и Брунгильде, надо было чем-то занять своих магнатов и армию в период, когда большие династические столкновения в
Однако ситуация в Испании менялась. В 585 г. вестготам удалось завоевать свевское королевство Галисию и усмирить на Пиренеях басков. Герменегильд, союзник империи, тоже был побежден. Толедское королевство вышло из полувекового кризиса и уже мечтало только изгнать византийцев за пределы Испании. Однако чтобы иметь возможность набрать достаточно сил для этого, вестготы должны были добиться прочного мира с меровингскими королевствами, угрожавшими их северным границам. Так, зимой 586 г. Леовигильд попытался начать переговоры о сепаратном мире с Брунгильдой. Королева предпочла не давать сколь-нибудь ясного ответа{642}; даже если бы она не отправила ни одного солдата на войну с Испанией, ей следовало сохранять показную враждебность, чтобы не раздражать Гунтрамна.
Леовигильд весной 586 г. умер, и ему наследовал сын Реккаред, сумевший победить непокорных аристократов в ходе кризиса наследования{643}. Эта перемена показалась Григорию Турскому настолько важной, что он сделал ее поводом, чтобы начать девятую книгу своей «Истории». В самом деле, новый король вскоре выказал благосклонность к католичеству, так что споры, которые франки и вестготы вели о Троице, быстро прекратились. К тому же Реккаред приблизил к трону свою мачеху Гоисвинту, которая была матерью Брунгильды{644}. Как и во времена свадьбы Ингунды, родственная связь обеих женщин облегчала дипломатические контакты между королевствами.
Настоящую проблему создал король Гунтрамн, в 587 г. снова отказавшийся подписывать мир, предложенный вестготами. Он поручил вести войну герцогу Дезидерию, которому с недавних пор простил компрометирующее участие в авантюре Гундовальда{645}. Но Дезидерий потерпел поражение под Каркассоном и погиб{646}. В тот же период Брунгильда перехватила посла, которого в Испанию отправила Фредегонда{647};[120] публичная демонстрация, что королева Нейстрии поддерживает врагов Гунтрамна, могла лишь укрепить дружбу между Австразией и Бургундией.
Однако Реккаред понял, что отказ от враждебности уже возможен, и в конце 587 г. направил новое посольство, чтобы достичь компромисса с франками. Гунтрамн, как обычно, выпроводил вестготских послов, но Хильдеберт II в Австразии их сердечно принял, согласился подписать мир и осыпал их подарками{648}. Так, по крайней мере, сообщает Григорий Турский. Вестготская дипломатическая переписка показывает, что на самом деле испанцам пришлось уступить Австразии территории в Септимании, вокруг деревень Жювиньяк и Корнейям, ныне департамент Эро{649}. В целом Брунгильда согласилась договориться с матерью и подписать мир, но без скидки с цены, которую за него затребовала. Королеву Австразии уже давно не воспринимали как вестготскую принцессу, и ее подданные не потерпели бы, если бы она даром делала уступки своему прежнему народу.
Оставалось только изгладить прискорбные воспоминания о смерти Ингунды в изгнании. Для этого Реккаред, едва обратившись в католичество, в конце 587 г. направил в Галлию новое посольство. У Гунтрамна он попросил мира во имя взаимной любви, какую должны питать друг к другу христиане. Король Бургундии отказал, но его позиция стала намного слабей. Далее посольство направилось в Австразию, куда привезло для Брунгильды
