— Тави, ты истощена. Ты только что левитировала всю команду почти две мили, а прежде из тебя высосали силы с помощью проклятых кандалов. Любое мало-мальски серьезное заклинание тебя убьет.
— Ну, на одно-то меня точно хватит. А если не хватит, нас опять возьмут в плен или просто убьют здесь, на месте. Смотри — даже Линд не стреляет, понимает, что слишком далеко. Нас просто засыплют взрывчатыми рунными камнями, и пойдем ко дну.
— Им еще попасть надо, — возразил старпом.
— Попадут. Смотри, как выполняют маневры — там точно не новички собрались, сомневаюсь, что за баллистами стоят однорукие калеки. Кроме того… взгляни на это, — указала я пальцем на «гриб», вызывающе маячащий посреди залива.
— Лучше б не видел.
— Вот именно! Знаешь, Джад… некоторые башни просто должны быть разрушены.
Я подняла руки вверх, словно отдавая последнее приветствие командиру с режущим слух именем Дирк, и начала второй раз за всю свою жизнь призывать великолепие Шторма Шензин. Старпом тут же рванулся вверх, заорал:
— Не надо, капитан!
Молча усмехнувшись, я продолжала выговаривать хитросплетения мощнейшего боевого заклинания, что может применяться только на больших открытых пространствах, вроде моря или степи. Где-нибудь в лесу или в подземелье его разрушительное действие может сгубить самого мага, но здесь…
Ощутила на плече твердую, мозолистую ладонь. Джад следовал давнишнему принципу — не можешь помешать, хотя бы предотврати последствия. Он перекачивал в меня часть своих сил, напрямую, без ритуала Разделения, и это тоже требовало полной концентрации, так что его рука быстро взмокла. Но старпом держался. Держался, понимая, что, если у меня получится, то мы не просто выигрываем один кон, а забираем весь банк.
Исполинская волна призрачно-голубого света сейчас поднималась за спиной, мерцая изломанными линиями, которые постоянно шевелились, словно морские змеи. Сияние, исходящее от нее, озаряло темную воду и рассыпалось всполохами на дне залива. Человек на башне продолжал орать, что-то приказывая, а порой и просто от ужаса. Боевые корабли Искателей заходили с другой стороны, заранее наводя на нас всю корабельную артиллерию, чтобы в случае отказа остановиться покончить с «Храпящим» одним залпом.
Держа на кончиках когтей ужасающую мощь, я помотала головой, пытаясь стряхнуть пелену с глаз. Сверху донеслось громогласное, но с нотками страха, которые слышно даже через загадочный прибор:
— Не дайте ей завершить заклинание! Она целится прямо в меня!
«А кто остановит?», мысленно произнесла я, не в силах вымолвить ни слова. И тогда ураган высвобожденной откуда-то из иной сферы энергии ударил в самое основание грязно-белой башни. Во все стороны полетели крупные куски каменной кладки, уже и так подмоченной морскими волнами. Вышка плавно накренилась, словно ища опору, и, рассыпаясь еще в воздухе, рухнула на корабли с оглушающим треском, подняв боковую волну, которая пошла в сторону «Храпящего». Я медленно осела на палубу.
— Эй, эй, Тави, не вздумай взять и подохнуть здесь, — обеспокоенно сказал Джад. Изможденное лицо, видно, как тяжело ему дался плен и наш побег. Запинаясь, словно пьяная, я подняла палец и многозначительно заявила:
— Я - все.
И потеряла сознание.
Мне даже что-то снилось. Но почему-то память, так хорошо показывающая себя в деле колдовства, совсем не хранит снов. Возможно, стоит когда-нибудь навестить грамотного толкователя, чтобы пояснил, что к чему в моей ушастой голове.
Я лежу в просторной, уютной кровати, на лбу что-то холодное, мягкое и мокрое. Надеюсь, не швабра для палубы. Открыла глаза, увидела, как сбоку зашевелилась какая-то тень. Она зажгла лампу, стало видно, что в каюте, помимо меня, находится Граф. Что необычно — вместо традиционного яркого оперения он в рубахе из обычной белой ткани с засученными рукавами. Неодобрительно смотрит на меня.
— Так нельзя.
— Как?
— Доводить тело до такого истощения. Чем больше издеваться над собой, тем быстрее скажется расшатанное состояние организма, — ответил Ульгем. Он что-то смешивал в небольшой стеклянной колбе, потряс ее, затем протянул мне:
— Пейте, капитан.
— Да ну тебя, — отмахнулась я, унюхав, что запах из посудины прет просто отвратительный. — Сам пей свою гадость. Я быстро приду в норму.
— Без магии-то? Пробуйте, — насмешливо сказал Граф. — А все же советую выпить, сразу станет легче. У вас был длительный жар, да и голод сильно повлиял.
Сморщив нос, я приняла из его рук колбу и одним глотком ее осушила. В тот момент мое лицо, кажется, было похоже на сморщенную кожуру плодов виктесса, только с зубами.
— Вкус соответствует запаху, должна признать, — через силу произнесла я, оглядываясь по сторонам. Так и есть, медицинская каюта. На мне из одежды только одеяло. — Штаны-то хоть отдай, изверг.
— Нет.
— Эй! Я тут капитан. И уж своими-то штанами могу распорядиться сама.
— Вы тут пока что пациент, — строго сказал лекарь, но потом вздохнул: — Ладно. Все на стуле лежит. Нам два часа осталось до Грен Таваля.
— Сколько?!
— Пару часов, если верить старпому.
