— Чего вы от меня хотите? — резко сказал смертник. Высокий, даже сидя, молодой еще, на вид и двадцати не дашь. С огненно-рыжей шевелюрой и «шкиперской» бородой во всю нижнюю челюсть, коротко подрезанной, цвета темной меди. Многочисленные рубцы и ожоги на бледной коже красноречиво твердили о характере экипажа, пленившего его. С другой стороны, следовало сначала узнать, за что его хотели казнить — возможно, нам совершенно не по пути.
Я подтащила поближе один из пустых ящиков, аккуратно сложенных у юта, и уселась на него, забросив ногу за ногу. Меч доставать не стала, и так хорошо выгляжу в сочетании с неотразимой клыкастой улыбкой.
— Для начала, хочу услышать благодарность за прямую конфронтацию с имперским флотом. Что ты за птица такая, раз член моего экипажа загорелся желанием тебя спасти? За что тебя осудили? Нет, даже не так. Давай начнем с имени, как нормальные, цивилизованные люди.
— Ксам. — Кажется, слова из него придется выдавливать по одному слогу.
— Тави. Капитан «Храпящего». Человек с ножом — Сейтарр, ты ему, кажется, должен не одну бутылку крепкого. За идею и частичное исполнение.
— Спасибо, — буркнул рыжий. Чинка, по сравнению с ним, не рыжая, а какая-то грязновато-бурая. Мелкие кудри огненного цвета сейчас плаксиво свисали впереди, как будто частично переняли настроение их обладателя.
— Хоть что-то, — хмыкнул Сейтарр. — Вот так, спасаешь жизни, а потом тебя еще и прирежут ночью в благодарность.
— Не буду я никого резать, — помотал головой парень, сложив ладони у подбородка и неестественно выгибая пальцы в обратную сторону. — Я арсенал ограбил.
— Уж не тот ли арсенал, что…
— Тот. Я про камни волшебные мангаю хорошо, — поделился Ксам, — вот и решил прихватить себе немного на жизнь, чтоб потом продать. А мне припаяли государственную измену.
— Бедный ты, несчастный, — притворно вздохнула я, в то же время понимая, что он все еще не отошел от близкого знакомства со смертью. — Жрать будешь?
Он утвердительно кивнул. Я отправила Деррека за кастрюлей, в которой еще оставалось каши на несколько порций, и принялась наблюдать, как рыжий поедает угощение. Обычный деревенский парень, без каких-либо манер или изысканности. И вор, к тому же. Покончив с трапезой и умяв все, что оставалось в посуде, выскребая ложкой остатки крупы, он сыто рыгнул и поднялся на ноги.
— Скажу честно — я сначала думал, что попал к торговцам людьми.
— Зачем тогда такие сложности? — резонно возразила я. Он усмехнулся:
— Это мне в голову не пришло. А потом чуть напряг мозги — зачем кому-то спасать осужденного на смерть? Тем более, выцарапывать из цепких лап флота. Я еще жудикара по яйцам пнул, перед тем, как меня выпустили погулять по доске, — он мечтательно закатил глаза, видимо, смакуя момент.
— В счет долга за спасенную жизнь могу предложить место в команде. Народа у меня мало, каюты пустуют. Кто такие жудикары?
— Вроде судей, только приписанных к кораблям. Редкая должность, только на крупных военных судах есть. Тем сильнее ценность отбитого хозяйства, — хохотнул он, — а насчет места в команде, я даже не буду спрашивать, кто вы такие и чем занимаетесь.
— Почему? — полюбопытствовал Сейтарр, подходя вплотную к парню. Черт, да они одного роста. Ксам даже на полвершка выше будет, точно оценить мешает шлем тощего, но длинного интенданта. Хотя я все равно выше, хе-хе.
— А кто еще, кроме пиратов, сможет осуществить настолько дерзкую операцию? Я ведь правильно понял, капитан, этот дядя из преисподней — ваших рук дело?
Я кивнула, он прищелкнул языком:
— Ну, вот. А военные дуболомы не догадались.
— Ты упоминал, что разбираешься в рунных камнях?
— Да, мангаю немного.
Забавное словечко.
— У меня на борту несколько ящиков их. Корабль отняли военные, этим утром хотели отплыть, а мы их немного опередили. Так-то шхуна моя собственная, — поведала я, откидываясь спиной на влажные доски юта. Чертов туман никак не хотел уступать место на сцене нормальной видимости.
— Дерзко. Но — хвалю! — одобрил юноша. Сколько же ему? В лице проступают то детские черты, то, напротив, какая-то стариковская собранность и печаль. Борода, опять же, но усы еще не растут. Хотя у таких иногда не растут вообще. Возраста также добавляют травянисто-зеленые глаза с очень странным разрезом. Не спрашивайте, как разрез глаз может на вид прибавить с пяток лет — сама не знала, пока на неудавшегося утопленника не посмотрела. — А можно мне посмотреть?
— Если не взорвешь к чертям лысым корабль, ящики на первой палубе, сбоку от лестницы. Если взорвешь, придушу, как котенка.
— При взрыве еще выжить надо, — хитро посмотрел он на меня и убежал вниз. Сейтарр вдруг ощупал пояс и ошеломленно посмотрел на меня.
— Эй, эй, стоять! — завопил он затем и ринулся вслед за спасенным.
Я спросила у Деррека, прислонившегося рядом и ехидно ухмыльнувшегося при виде данной выходки:
— Что с ним такое?
— Ксам у него кошелек срезал, прохвост такой. Я заметил, потому что у мачты стоял, а Сейтарр проморгал. Года уже не те, видать…
