– Сведения, значит… – Строитель пригладил пышные усы и взял блокнот, лежащий на столике у кресла. – Задачку вы мне задали не из простых, хотя, когда вы год сказали, дело получше пошло. Однако сорок с лишним лет – это не кот чихнул. Мне-то тогда было три года, а тем, кто может чего припомнить, сейчас уже не меньше шестидесяти.
– Но вам удалось их найти? – нетерпеливо спросил Диего, придвигая к себе поднос с ореховыми пирогами на меду.
Галлахер еще раз пригладил усы.
– В том-то и дело, что нет.
– Как – нет? – удивился Скотт. – Неужели никто не строил стену в том доме?
– Кто-то, само собой, строил, но из тех, кто сейчас работает, я таких не нашел. Правда, я смекнул кое-что еще поискать. – Строитель открыл блокнот. – Я решил расспросить самых старых, помнят ли они еще кого-нибудь, кто работал бы в годы их юности.
– Чем нам это поможет, если они уже давно померли или разъехались кто куда, – пробурчал Уикхем.
– Так-то оно может и ничем, но всплыла одна байка, которую давно еще рассказывали друг другу наши отцы и деды – о пропавшей бригаде.
– А ну-ка! – встрепенулся Скотт. – Расскажите и нам!
– Суть ее в том, что один из городских строителей взял заказ, а когда закончил, то все члены его семьи стали умирать один за другим от странной болезни, так за пару месяцев никого и не осталось – ни жены, ни детей, ни братьев. А рабочих, которые на него работали, никто больше не видел. Байка ходит и про них – что некие господа, на которых они работали, позвали их на угощение, и все они там сгинули, потому что господа те были проклятые и поставляли души сатане.
Диего даже перестал жевать и уставился на Галлахера. Но тот молчал.
– Ну так! – поторопил его оборотень. – Чем все закончилось?
– Этим и закончилось, – пожал плечами тот. – Впрочем, такие историйки везде ходят – у моряков про проклятый корабль, у горняков – о проклятых шахтах, ну и так далее. Может, и у вас, полицейских, есть, про проклятые улики.
– Не удивлюсь, если кружевницы за чашкой чая рассказывают о проклятых кружевах и бесследно исчезнувших мастерицах, – хмыкнул Скотт. – Но в нашем случае есть на что опереться. По крайней мере, если это правда, то многое объясняет.
– Вот потому-то я решился порасспросить поподробнее, – Галлахер перелистнул страничку. – А еще послал старшего в архив, чтоб он там поискал в копиях лицензий на строительное дело, кто в те года этим тут занимался.
От слова «архив» Уикхем вздрогнул, а Скотт быстро спросил:
– С вашим сыном ничего не случилось?
– Нет, а что могло там с ним случиться, в пыльных-то бумажках? Ну, он нашел и составил мне список, а я уж стал расспрашивать по нему остальных. И вот отыскались кое-какие фамилии, о которой никто ничего после двадцать четвертого года не слышал. Я тогда еще раз отправил старшего на кладбище, и он нашел там семью, что за один двадцать четвертый год вся полегла, как от мора. Это МакКелли. – Галлахер протянул полицейскому блокнот. – Тут все написано. Старший у меня получше пишет, чем я.
– Вот это да! – восхищенно присвистнул Скотт. – Да вам бы в детективы пойти!
– Ну уж, в детективы, – отвечал строитель, явно польщенный. – Так, стараемся помаленьку.
Старший сын мистера Галлахера даже зарисовал в блокноте могильные камни и кресты, которые подписал именами всех членов семьи МакКелли. На другой странице были данные о лицензии строителя, выданной Роджеру МакКелли и его сыну Эммету. Все остальное тоже было записано с большой тщательностью и всеми подробностями.
– А рабочие? – спросил Диего. – Есть какие-то сведения о том, что они пропадали?
– Тут уж вам никто не поможет. Мы, строители, нанимаем их на работы, и кто-то остается на годы, а кто-то бродит от города к городу. А в то время, когда МакКелли получал лицензию, не нужно было подавать в мэрию список рабочих.
– Он немолод, – заметил Скотт. – В двадцать четвертом ему уже было шестьдесят два. Его сыну Эммету – тридцать восемь. Гм. А есть ли среди ваших коллег те, кто еще помнят этих людей?
Галлахер покачал головой:
– Единственное, что знаю – лицензию дали на адрес Беккет-стрит, а это было в Ан Сорне, пока революция не отгремела. Сейчас такой улицы нет.
– Ну и семейка, – пробормотал Уикхем, изучая записи. – Я имею в виду живших в Джолиет-холле. Убивают всех, кто на них посмотрит.
– Нда. – Скотт поскреб бакенбарды. – Вы уверены, что ваша сестра в безопасности?
– Не уверен, – хмуро ответил оборотень. – Хотелось бы поскорей добраться до департамента.
– Что ж, тогда поспешим, – детектив протянул руку мистеру Галлахеру: – Благодарю вас. Вы собрали ценнейшую информацию для расследования. Если раздумаете строить дома – ждем вас в полиции.
Мистер Галлахер смущенно закряхтел и пожал руку Скотту.
– Чем могу, чем могу…
– А, да, у меня еще вопрос. Скажите, мы можем взять с собой по кусочку пирога?
– Ах, боже мой, – отвечал Галлахер, – да берите весь!
