Все три собаки стали необычайно смирными и даже послушными. Камилла пораньше легла спать, оставив дверь спальни отворенной, чтобы Фредди и Тоска могли войти и выйти когда захотят.
Чарльз остался внизу и вечером сел к маленькому бюро написать ответ Николасу Сомсу.
Мой добрый старый друг,
Не могу передать, как рад я был твоему письму. Бывает, уже отчаешься получить весточку в ответ на многочисленные письма, которые я отправил тебе и многим другим людям.
Мы с Камиллой сокрушительно здоровы и бодры. Кажется, мы процветаем на своих бедствиях, хотя на то, чтобы быть бедняком, уходит немало сил и времени. Ужасная куча бумаг и всякой бюрократической бессмыслицы, через которую нужно пробиться, чтобы получать государственное пособие. Впрочем, я всегда тосковал по простой жизни, и вот теперь я ее получил, так что грех жаловаться.
Камилла сейчас под домашним арестом за несоблюдение нескольких статей соглашения о пребывании в зоне изоляции, которое она подписала. И я, и все наши соседи по переулку Адеборо (здесь мы привыкли называть его переулком Ад) понесли коллективное наказание. Мою бедняжку грызет совесть, и она уверена, что все и каждый поносят ее.
Признаюсь тебе, Ник, я несколько обеспокоен будущим. Мама заговорила об отречении, и, если быть безжалостно честным, перспектива стать королем вселяет в меня тревоги и отчаяние.
Уильям, мой дорогой мальчик, вызвался занять трон. Однако тут возникло затруднение: выяснилось, что у нас с Камиллой есть сын, Грэм Крекнелл, он родился во время нашей первой любовной связи в 1965-м. Мы его еще не видели. Но документы, которые он вложил в свое письмо, выглядят убедительно, и Камилла подтверждает, что и вправду тогда родила мальчика.
Ник, я знаю, что во время свержения монархии законы о наследовании и бастардах изменились, не мог бы ты справиться о них у того парня из «Берка», в срочном порядке, и сообщить мне, есть ли какая? нибудь возможность, чтобы наш сын, Грэм, мог наследовать трон? Он старше Уильяма на семнадцать лет.
Были ли вкусны куропатки и пирог с жаворонками? Я однажды ел такой, когда гостил у короля Испании на Майорке. Он показался мне изрядно вкусным, но Уильям тогда подавился крохотным жавороночьим клювом и всех нас перепугал.
Я хотел бы еще многое тебе сказать, но пока ограничусь этим.
С любовью, друг мой,
твой Чарльз.
P. S. Пожалуйста, свяжись с детьми Камиллы и заверь их, что матушка в превосходной форме.
