Провидец Айк Эйш видит свою страну в огне войны. И есть лишь один шанс остановить кровопролитие — убить королеву Бранду! Но судьба — дама переменчивая, а ко двору королевы уже спешит мужчина, который должен то ли погубить ее, то ли спасти. Вот только сама Бранда не желает быть спасенной и давно не верит в любовь, которая сильнее смерти.
За окнами сыпал снег. Его не было видно в ночной мгле, но Айку Эйшу не требовалось видеть, чтобы знать. Он стоял, прислонившись лбом к холодному стеклу, и наблюдал, как мир вокруг становится белым. Особое волшебство природы, которая скрывает под покровом все ухабы и ямы, грязь, а иногда — следы чьей-то крови. Зима. Айк любил зиму, потому что весной видения будущего почему-то становились ярче и четче, а сейчас — только снег. Хотя разве? В левом крыле замка Эйшвил ссорилась служанка со своим воздыхателем. Она давно перешла на крик, а он слушал вполуха, зная — накричится, угомонится, и можно будет получить свою порцию любви. Этажом ниже плакала девчонка-кухарка, потому что обварила руку и рука болела. Останься в замке его невестка-целительница, она помогла бы кухарке, но Амелинда навсегда покинула Эйшвил. Айк знал, что ее нога никогда больше не ступит на камни мостовой замка. И это к лучшему.
Надо будет утром послать за городским целителем. Пусть взглянет, потому что чужая боль отдавалась у Айка в висках. Стучала молоточками: тук, тук, тук. Невыносимо!
Из событий настоящего дар, как обычно, увлек в будущее. Надо бы сконцентрироваться на чем-то одном, иначе видения снова будут беспорядочными. На чем? На ком? Обычно Айк выбирал племянницу, Тиану. Было бы забавно наблюдать, как она растет, все больше становясь похожей на его погибшую сестренку. Но на этот раз не удалось зацепить образ Тианы. Вместо этого дар увлек куда глубже, чем хотелось бы Айку. Он узнал это место. Дворец короля Литонии. Только новому королю Литонии было всего семь, он дурачился и гонял голубей в парке, а правила его матушка, будь она проклята во веки веков.
И все бы ничего, но дворец в видении Айка пылал. Он отвернулся, потому что от огня слепило глаза, и увидел, что улицы Самарина заполнены людьми в форме. И это не зеленая форма Литонии, не черная форма Изельгарда, а… синяя. Темно-синий цвет. Верания? Знаков отличия было не разглядеть, вот только люди в синем атаковали дворец, а его защитников осталось слишком мало. Литония пала… Никто не пришел на помощь.
— В чем причина? — вслух спросил Айк и вдруг явственно увидел ее, королеву Бранду. Как и семь лет назад, руки ее были в крови. Она смотрела на Самарин, а потом распахнула ворота города, чтобы враг мог войти. Вот в чем причина… Конечно, это не означало, что королева пригласила захватчиков. Нет, это был намек, что Бранда станет причиной грядущей войны.
— Жертвы? — спросил Айк — и пошатнулся. От железистого запаха крови заложило нос, заслезились глаза, а горы тел в зеленой форме клевали вороны. Нет!
Теплые ладони легли на плечи, вырывая из видения. Айка трясло, как и всегда, когда он видел смерть. Он слепо зашарил руками, стараясь вспомнить, где находится, потому что зрение возвращалось не сразу, а разорванные, искалеченные тела все еще стояли перед глазами.
«Что ты видел?»
Голос Аниты, как всегда, прорвался сквозь заслон дара. Точнее, как голос? Нита уже много лет была немой. Столько, сколько Айк ее знал, но благодаря магии он мог слышать девушку.
— Будет война, — прошептал он, позволяя обнять себя за плечи. Привычно прижался лбом к груди Аниты и замер.
«С кем?»
— С веранцами. И Верания победит. Если только…
«Что?»
Айк попытался зацепить ускользающее видение. А если королева умрет? Что тогда? Теперь он видел Бранду мертвой в окружении белых цветов. Рядом с гробом стоял мальчик, похожий на нее, и смутно знакомый мужчина. Он что-то говорил мальчишке, а затем повел его прочь. А война? Войны тогда не будет. Айк видел мирный Самарин, провожающий королеву в последний путь.
«Айк, не пугай меня!»
— Все хорошо, Нита. — Он обнял девушку, привлек к себе. — Все будет хорошо.
Она вряд ли поверила. Иногда Нита понимала его видения лучше, чем он сам, но сейчас не хотелось рассказывать подробности.
«Давай спать».
Да, спать. Сейчас это лучший выход. Айк позволил увлечь себя в спальню. Как раздевался, позднее помнил с трудом. Зато тепло Ниты дарило покой, которого так не хватало. Нита лежала рядом, перебирала его волосы, гладила по голове, по плечам. И становилось хорошо, лучше, чем когда-либо. У них сложились странные отношения. Кем была для него Анита? Ни сестрой, ни женой. Ни любовницей. Но единственным человеком, к которому Айк был привязан, не считая племянницы. Только Тиану он и вовсе видел последний раз полгода назад, а Нита — вот она, рядом. Живая, теплая. Родная.
«Спи».
— Сплю.
«И болтаешь?»
Айк тихо рассмеялся и послушно закрыл глаза. Но иногда видения не отпускали даже во сне. Он стоял на площади перед дворцом и видел, как бой идет прямо под стенами. Падали люди. Кто-то кричал, звал друга. Кто-то молился богам-покровителям, чтобы отвели беду. Отвели беду… Ни одно видение не приходило просто так, это Айк знал наверняка, но всегда предпочитал не вмешиваться. Пусть себе…
