«Риточка, прости меня, я уехала, не поговорив и не объяснив тебе причину моего обморока и гнева. Не рассказала о моей болезни. Но теперь, после того как я увидела фото этого чудовища, многое для меня прояснилось. Это страшный человек, и он сделает всё, чтобы убрать меня, потому, что знает точно, как я его ненавижу! Если болезнь даст мне шанс ещё несколько дней, месяцев жизни, то я приложу все силы, чтобы изничтожить эту мразь. Я думала, с возрастом всё забудется. Нет! Наоборот, с годами моя ненависть к нему становится ещё невыносимей. Я не думала, что когда-то придётся встретиться с этим моральным уродом. Но он или случайно встретил меня или целенаправленно искал. Последнее вернее.
Ты помнишь при нашей встрече на даче, Галя рассказывала о поселившихся в прошлом году сектантах на наших дачах? Оказывается, эта мразь уже год жила рядом с нами, а я даже не догадывалась об этом. Осенью прошлого года я почувствовала себя очень плохо. Я подозреваю, нет, теперь я точно знаю, что каким-то образом он узнал обо мне. Теперь мне понятно, почему все врачи говорили об отравлении ртутными парами. В прошлом году я потеряла ключи. Теперь мне понятно, я их не потеряла, их просто украли. Я вчера перевернула всю дачу, но не нашла и намёка на ртуть. Но, думаю, в московской квартире, я найду, что искала. Завтра срочно поеду домой и переверну всё верх дном.
После смерти моего мужа, я приходила в квартиру только ночевать. Скорее всего, он или его подручные где-то спрятали у меня ртуть. Но разве я могла подумать об этом. Не поверишь, я до последнего считала, что это какая-то ошибка. Кому я нужна, чтобы изводить меня ртутью. Но теперь всё сходится, Риточка. С его появлением появились все мои проблемы со здоровьем. Не удалось этому извергу избавиться от меня в детстве, он решил довести своё дело до конца сейчас.
Не буду тебя больше мучить. Я бы никогда не раскрыла свою тайну, но мне с каждым днём всё хуже и хуже. Я боролась с болезнью до последнего. Знаю, что стою на пороге в иной мир. Ты не переживай за меня я не боюсь. Жалко только, что самые счастливые годы: детство, юность, рождение детей, все эти радости прошли мимо меня.
Ты знаешь, когда я узнала о неоперабельном раке, я решила поехать к отцу, проститься с ним. Мы не общалась с ним, после того, как после окончания десяти классов, он заставил меня вернуться в Ростов из Геленджика, чтобы я смогла поступить в институт. Конечно, он не мог знать и не догадывался о том, что там происходило со мной. А для меня было хуже смерти возвращение к матери. Но куда было деваться, пришлось, вернулась к ней. Но отцу я не могла простить того, что он не поехал со мной, не разобрался, почему я не хочу жить вместе с матерью. А открыть самой всю правду о пережитом отцу, я считала неудобным, невозможным.
Марго, ты заметила, что я всегда избегала тем о своей прошлой жизни. Ты видела это, и никогда не лезла в мою душу насильно. Я очень благодарна тебе за тактичность. О чём я могла рассказать? О том, что моя мать всю жизнь была очень властной, деспотичной и на меня ей было совершенно наплевать? Отец работал водителем автобуса на трассе Ростов-на-Дону — Геленджик. Был постоянно в рейсах. С матерью они жили плохо. В принципе я им обоим не нужна была. Только отец был добрым мягким человеком, а мать раздражительной, вечно не довольной, злой на всех и вся.
Мне было около десяти лет, когда она встретила Изгоева Владимира Петровича. Он был на много младше матери. Ему чуть больше за двадцать, а ей тридцать пять. Не знаю, чем он прельстил её, но вскоре отец переехал навсегда в Геленджик, а у нас поселился Изгоев. Тогда и начался этот кошмар, о котором мне невозможно вспоминать без омерзения и стыда. Сначала я искала защиты у матери, говорила ей о его приставаниях ко мне. Но лучше бы я этого не делала. Каждая моя жалоба на мерзавца, отвращала мать от меня. Ты думаешь, она верила мне? Нет! Она верила не своему малолетнему ребёнку, а развратному сожителю — молодому подонку. А он только смеялся надо мной и моими слезами.
Как могла защитить себя десятилетняя девочка? Я замкнулась, сопротивлялась, как могла. Повзрослев, стала в письмах просить отца забрать меня к себе, но тщетно. Отец создал другую семью, а мать меня к нему не отпускала, считая невозможным, чтобы дочь жила с отцом. Её больше волновало мнение сослуживцев. Как же, она заведующая районным отделом образования! На работе и так шушукались и сплетничали по поводу выбора ею нового супруга.
Что я пережила, страшно вспомнить. Решила, как только получу паспорт написать на Изгоева заявление в милицию, и постоянно говорила ему об этом. Жизнь моя стала ещё хуже. Его самые настоящие низменные пытки по отношению ко мне, стали изощрённее. При всём при этом он постоянно внушал матери, что я пристаю к нему. Придумывал разные несусветные вещи, смеялся, когда та била унижала меня перед ним. Это был такой ужас, что как-то я даже хотела наложить на себя руки.
