– Передайте свои доспехи другим, – сказала она. – Я хочу, чтобы вы отправились вперед и выяснили, чем занимаются вашавоки. Не вступайте с ними в бой и не позволяйте им увидеть вас. Аук-гот, иди к перевалу. Ты знаешь дорогу отсюда до Новой дороги?
– Хай. Мы пришли сюда с матриархами.
– Хорошо, – сказала Дар. – Трин-па, я хочу, чтобы ты пошел в зал клана Ят.
– Хай, Мут Маук. Я знаю дорогу.
– Вернись и предупреди меня, если заметишь опасность. В противном случае иди в зал клана Ят. Я прибуду туда до утра, и вы расскажете мне, что видели.
Оба минтари поклонились. Вскоре они отправились в путь. Дар смотрела, как они длинными уверенными шагами идут по заснеженной дороге. Вскоре они стали не видны вдали. Она повернулась к Севрену.
– Это путешествие будет не таким страшным, если знать, что нас не застанут врасплох по дороге.
– Пусть еще один сын идет в шестидесяти шагах впереди нашей колонны. Солдаты могут занять позиции после того, как пройдут ваши разведчики. Если кто-то будет идти впереди, это может предотвратить засаду.
– Звучит разумно. – Дар вздохнула. – Я так мало знаю о тактике.
– Ты можешь научиться ей достаточно легко, – сказал Севрен. – Я лишь сожалею, что тебе придется это делать.
Дар и орки продолжали идти до глубокой ночи. Затем Дар объявила привал, чтобы приготовить на скорую руку еду и продолжить путь. В ночном небе сияли звезды, а когда над снежными горами взошел полумесяц, он вызвал в памяти воспоминания о бывшей королеве. На мгновение Дар предстала Мут Маук из многих поколений прошлого. Она возвращалась после того, как стала свидетельницей рождения внучки. Небо и горы выглядели так же, как и в ту ночь, и, пережив радость и трепет давно умершей королевы, Дар почувствовала себя частью чего-то большего, чем она сама. Она была лишь одной в череде королев, растянувшейся во времени.
Где-то после полуночи надвинулась туча, заслонив звезды и луну. Ночь потемнела, и белые горы стали мутно-серыми. Дар видела орков лишь как тени. Едва заметные снежинки все чаще били ее по лицу. Буря превратила ходьбу в бездумную каторгу. Один шаг сменял другой, а темнота и снегопад заслоняли окружающий пейзаж. Не было никакого ощущения движения, потому что, казалось, ничего не менялось. Существование сводилось к тому, чтобы сделать следующий шаг.
Поход затягивался. Дар уже не думала о его конце. Когда Зна-ят сказал что-то о долине, это не дошло до ее оцепеневшего от усталости сознания. Потом они начали подниматься по крутой дороге, которая то и дело сменялась террасами полей. Дара осенило, что они поднимаются по дороге, ведущей к залу клана Ят. Она взглянула вверх. Зал, возвышавшийся над горами, был окутан снегом. Из-за темных окон он казался заброшенным.
– Мы добрались, – сказала Дар, словно не могла поверить в это.
Подъем по крутой дороге к входу в зал стал последним испытанием для Дар на выносливость. Несмотря на усталость, страх привел ее в чувство. Ни один из разведчиков не вышел на связь.
Наконец она достигла ее. Дверь открылась, и из них появился Трин-па. Он поклонился.
– Мут Маук, наконец-то ты прибыла.
– Хай. Какие новости?
– Нечего сказать. Я не видел никаких признаков вашавоки.
– А что видел Аук-гот?
– Он не вернулся.
Севрен, следивший за разговором, низко поклонился Дар и заговорил с ней на человеческом языке.
– Было бы разумно послать на Новую дорогу побольше разведчиков на случай, если с Аук-готом случится несчастье.
Дар кивнула в знак согласия. Она вспомнила, что у Таумы-ят есть два неблагословенных сына, которые летом занимаются земледелием, а зимой охотятся. Она попросила, чтобы их привели в ее ханмути. Затем она обратилась к Нир-ят.
– Найди место для Севрена и королевы Гирты в моем ханмути. Им нужно будет на чем-то лежать. Севрену также понадобится место для его лошади.
–Я сделаю это, а также найду места для сыновей, которые нас сопровождают. Если я отправлю их в ванны, то они будут пользоваться ею?
– Тва. Среди вашавоков сыновья и матери купаются отдельно. К тому же Гирта не понимает премудростей чистоты. Я научу ее завтра.
Пока Нир-ят занималась этими приготовлениями, Дар направилась к своему ханмути. К ней вернулась усталость, но она дождалась прихода сыновей Таумы-ят. Когда они пришли, она объяснила, что хочет, чтобы они искали вашавоки на Новой дороге.
