– Но как я укажу им этот путь? – спросила Дар. Ее общение с покойной королевой было личным и непосредственным. Когда она вела орков против короля Креганта, ее окружали ее войска. Дар понятия не имела, как управлять подданными, живущими в дальних залах. У короля Креганта были чиновники, выполнявшие его приказы, и ей стало интересно, будут ли у нее такие же служащие.
– Кто будет помогать мне, когда я буду править?
– Матриархи кланов и твои минтари.
Последнее слово было незнакомо. Дар разделила его на «сыновья» и «укушенные».
– Я укусила Зна-ята за шею, и его жизнь стала моей, – сказала она. – А с минтари то же самое?
– Хай. Когда сын становится твоим минтари, его первый долг – перед тобой. Ты для него превыше матриарха клана или даже мутури. Выбор минтари – важное решение. Лучше, чтобы они были из всех кланов. Собирай сыновей, но не спеши кусать им шею. Сначала посмотри, подходят ли они. Этого поступка не отменить.
– Как мне их собрать?
– Попроси матриарха каждого клана прислать тебе на службу сыновей без благословения. Обычно по два на клан. Позже ты сможешь попросить еще.
– Кто выбирает этих сыновей? Матриарх? Или я могу назвать их?
– Ты можешь дать им имя, если хочешь.
Дар сразу же подумала о Ковок-ма.
– Может ли мутури запретить сыну ехать?
– Тва. Кроме того, это большая честь – быть приглашенным.
Дар была рада, что Мера-ят не видит ее улыбки.
– Может, мне сделать это поскорее?
– Хай. Так матриархи узнают, что у них новая королева. Потом они соберутся здесь на совет.
– Что я должна сделать на этом собрании?
– Передай мудрость, которую дала тебе Мут ла.
Дар подумала, что этот совет был расплывчатым и бесполезным. Она представила себе комнату, полную матриархов, все они были намного старше ее и привыкли пользоваться властью.
– Помни, у тебя есть Фатма.
– Как и у Великих Матерей, которые пили напиток Мут ла и умирали.
– Совет матриархов редко ставит под сомнение пригодность королевы, и еще реже они призывают напиток Мут ла. Разве ты не говорила, что у тебя есть незаконченная работа? Полагаю, Мут ла позволит тебе ее завершить.
Дару пришло в голову, что ее единственной целью может быть возвращение Фатмы оркам, а реализовывать договор должен кто-то более опытный.
– Матриархи прибудут не сразу, – сказала Мера-ят. – Зал Мут-го далеко.
– А зал Мут-па еще дальше.
– Почему ты говоришь о Мут-па? Клан Па погиб.
– Это не так. Я была в клане Па и встретила Мут-па. Вместе мы вошли во тьму, чтобы получить видения.
Мера-ят не сразу ответила, но ее взволнованное выражение лица заставило Дар насторожиться.
– Вы вошли во тьму? Что случилось потом?
– Мут-па сказала, что мир изменился.
– О боже! И ты теперь королева! О, Боже!
– Что случилось?
– Горе, что я дожила до этого времени!
– Разве ты не поможешь мне? – спросила Дар, озадаченная резкой переменой Меры-ят.
– Помочь тебе? Никогда! Как я могу?
Мера-ят с трудом поднялась на ноги и начала шаркать в поисках лестницы. Дар поднялась, чтобы помочь ей.
– Пожалуйста, матушка, расскажи мне, что тебя расстроило.
– Мне нужно идти. Помоги мне дойти до двери, а потом оставь меня. Я сама найду дорогу.
Дар оставалось только подчиниться, так как пожилая мать отказалась говорить дальше. После того как Мера-ят ушла, Дар осталась внутри купола, чувствуя тревогу и недоумение. Зор-ят и Мут-ят тоже узнали о ее визите в клан Па, и, казалось, их эта новость ничуть не обеспокоила. Дар размышляла о том, почему это расстроило Меру-ят. Возможно, она знала что-то такое, чего не знали Мут-ят и Зор-ят. Но надежды выяснить это было мало. Возможно также, что обстоятельства изменились с тех пор, как Дар впервые рассказала свою историю. Одно изменение было очевидным.
Дар уже собиралась выйти из комнаты, когда заметила, что в ее тени кто-то сидит. Это открытие ошеломило ее, ведь она была уверена, что купол был пуст, когда она вошла в него. Взяв свой самый авторитетный тон, она обратилась к незнакомцу, который выглядел не более чем тенью.
– Откройся. Что вы здесь делаете?
Фигура поднялась и пошла вперед. В свете фонаря показался хрупкий старик с длинной белой бородой. Он был одет в рваную серую мантию. Дар смотрел на него, будучи потрясенной.
– Веласа-па?
Глубоко запавшее лицо волшебника было торжественным. Он поклонился, а затем заговорил на человеческом языке.
– Остерегайтесь костей.
– Кости были уничтожены, – сказала Дар.