Тогда Хранительница преданий рассказала о старом споре, который начался, когда в клане Ят родился ребенок, якобы обладающий Фатмой. Ребенок вырос и стал первой королевой уркзиммути со времен падения Таратанка. В то время клан Ят занимал самое восточное поселение. Оно состояло всего из нескольких грубых хижин. С тех пор как у уркзиммути в последний раз был правитель, прошло шесть поколений, и они были в смятении. Изгнанные со своих исконных земель и преследуемые вашавоки, они были расой на грани вымирания.
После того как клан Ят короновал ее, новая королева провела первые годы своего правления, посещая другие поселения орков. Со временем все кланы, кроме одного, согласились с тем, что она владеет Фатмой. Клан Па – бывший клан королевы – решил дождаться знака от Веласы-па. До тех пор они не будут ни признавать, ни отрицать суверенитет нынешней королевы.
Тем временем, заручившись поддержкой других кланов, королева нашла способ положить конец набегам вашавоки. Она купила мир, пообещав сыновьям сражаться за вашавоки в их войнах друг против друга. Мудро выбрав, какую сторону поддержать, королева орков положила конец набегам вашавоки. Эта политика стала прецедентом для всех последующих договоров, и договор с королем Крегантом был лишь последним.
Договор с вашавоки привел в ужас клан Па и усугубил раскол между ними и другими орками. Их матриарх не участвовала в королевских советах, а ее клан остался на западных высотах, когда другие кланы двинулись на восток. Со временем клан Па стал известен как Потерянный клан.
Видение Моры-па было записано в тот момент, когда раскол только зарождался. По мере распространения слухов о нем изоляция клана становилась все более заметной. «Обещание Веласа-па» превратилось в „Гибель Веласа-па“, олицетворение потерянного дела. Волшебника стали воспринимать как несчастную фигуру из трагической эпохи, давно умершую и лучше всего забытую.
Дар поняла, что ее появление в качестве королевы всколыхнуло эти полузабытые противоречия. Прибыв с запада, Дар осознала, что ее могут рассматривать как предвестницу гибели или даже ее причину. Поэтому она почувствовала облегчение, когда Хранительница преданий не отмахнулась от нее, как это сделала Мера-ят.
– Ты должна быть королевой в смутные времена, – сказала Йев-ят. – Это воля Мут ла, а не твоя вина.
После того как Йев-ят заперла предвещающий беду текст, она провела остаток дня, рассказывая о том, как правили прежние королевы. Дар внимательно слушала, надеясь, что прошлое послужит уроком для будущего. При этом она чувствовала себя так же, как тогда, когда едва не утонула в реке Турген, – захваченной неподвластными ей течениями. В сказках ее детства превращение в королеву всегда заканчивалось счастливо. В тот день все выглядело как раз наоборот.
***
Мердант Коль подозревал, что от «предложения» Отара нельзя отказаться, но не только страх побудил его принять его. Горм обещал возможность, превосходящую самые смелые надежды Коля, – шанс подняться выше своего положения. Будучи старшим мердантом, он подчинялся непосредственно Человеку Королевы, а его обязанности по работе с генералом Таркумом время от времени приводили его ко двору. Там придворные обращались с ним не более как со слугой. Хотя это задевало его гордость, Коль всегда держал язык за зубами, ведь оскорбленный дворянин мог погубить его. Но если бы у него были средства и покровительство, его скромное происхождение не помешало бы ему. Отар мог обеспечить и то, и другое. С такими преимуществами «амбициозные люди поднимаются высоко».
Размышляя над поставленной перед ним задачей, Коль не питал иллюзий, что это будет легко.
Вспомнив о своей противнице, Коль задумался об ироничном повороте событий. Он стал ее врагом, потому что она бросила вызов его власти. После того как полки орков были распущены, его заклятый враг стал для него средством вернуть власть и подняться на еще большую высоту. Если Дар станет королевой, то для ее свержения потребуется война. Отар обещал помочь ему начать ее. Если все сложится удачно, Коль скоро станет генералом. Он улыбнулся, представив себе, как поведет армию против страхолюдин. Командовать такой мощью было бы куда приятнее, чем мстить Дар.
13