– Я согласна со всем, что сказала Мут Маук. Без нее Фатма была бы потеряна для уркзиммути. Когда умирала моя сестра, Даргу-ят была единственной матерью уркзиммути. Поэтому Даргу-ят приняла Фатму.
Если вы заблудились и хотите пить, разве не мудро сцепить руки и пить воду, когда вы ее найдете? Конечно, разумно. Но глупо хранить воду в ладонях. Для этого нужен прочный сосуд. Даргу-ят приняла Фатму и принесла ее нам. Это было хорошо. Но способна ли она хранить ее?
Этим летом Даргу-ят переродилась. Должен ли младенец стать нашей королевой? Ее дух уркзиммути обитает в уродливом теле вашавоки. Нос у нее не мудрый. Как она может понять, что чувствуют другие? Она не чувствует ни страха, ни гнева, ни любви, ни боли. Сейчас опасные времена. Нам нужна опытная королева, а не новорожденная калека.
– Я согласна, – сказала Мут-зут. – Мы должны проверить пригодность Мут Маук. Это наша обязанность.
– Это испытание проводится редко, – сказала Мут-ток, – и я не вижу необходимости делать его сейчас.
– Хай, – сказала Мут-ян. – Редко когда воля Мут ла проявлялась так ясно. Мут Маук получил много видений. А сколько их было у тебя, Мут-ят? Я слышала только об одном, и оно показало, что Даргу должна переродиться.
Мут-смат сказала:
– Когда приходит болезнь, мы используем целительную магию. Иногда она срабатывает, иногда нет. Иногда она излечивает лишь частично. Неужели магия перерождения более надежна? Я не вижу никаких признаков того, что Мут Маук – уркзиммути. Возможно, она таковой является лишь отчасти.
– Или вовсе нет, – сказала Мут-зут. – Я чувствую вонь вашавоки.
– Ты хочешь сказать, что вашавоки могут получать Фатму? – спросила Мут-ток.
– Тва. Полагаю, не могут, – ответила Мут-зут.
– Тогда почему ты так быстро заговорила? – спросила Мут-ток. – Нам здесь нужна мудрость.
– Я высказала свое мнение, – сказала Мут-зут. – Мне не нравится ее внешность.
– Действительно, я некрасивая, – сказала Дар. – И странная. Почему Мут ла выбрала такую странную, как я, своей королевой? Думаю, потому, что я понимаю то, чего не понимаете вы – нашего врага. Кто из вас понимает мысли вашавоки? Уркзиммути сильны и мудры, но вашавоки владеют нашими древними землями. Почему? Я знаю, но наш язык не знает слов, чтобы объяснить это. Вашавоки говорят «ложь», «вероломство», «предательство» и «обман». Для нас эти слова – лишь бессмысленные звуки, не имеющие перевода. Этим летом две тысячи сыновей погибли, потому что не поняли моего предупреждения. Как Мут Маук, я не должна объяснять, а только приказывать.
– Мы должны повиноваться тебе, не понимая? – спросила Мут-смат. – Не буду.
– Когда сестра Мут-ят была королевой, – сказала Мут-ян, – она велела нам посылать сыновей убивать для Великого Вашавоки. Мы поняли и послушались. Сколько из тех сыновей вернулись в наши залы?
– Возможно, Мут Маук понимает вашавоки, – сказала Мут-ма, – но понимает ли она пути уркзиммути? Среди нас мутури почитают и слушаются их слов. Сыновья смотрят на своих мутури, чтобы те направляли их грудь. И все же я думаю, что Мут Маук хотела бы, чтобы все было иначе, и взяла бы себе какого-нибудь сына без согласия его мутури.
– Почему ты так говоришь? – спросила Мут-ят, словно не понимая.
– Ко мне пришла Кат-ма, – ответила Мут-ма. – Она очень переживала из-за своего сына, Ковок-ма. Мут Маук хотела, чтобы он стал ее велазулом. Когда Кат-ма запретила, Мут Маук укусила его за шею. Разве так она поддерживает наши традиции?
Мут-смат с отвращением посмотрела на Дар.
– Она должна быть твадой, а не королевой.
– Ковок-ма служит мне, – сказала Дар, – но он служит мне в Тайбене. Немногие говорят на языке вашавоки, но он говорит. Я выполняю приказы его мутури.
– А ты не его велазул? – спросила Мут-ма.
– Мы были велазулами, пока его мутури не запретил это.
– Он дарил вам любовь? – спросила Мут-ма.
– Мы вели себя правильно.
Мут-ма продолжила.
– Хотите ли вы, чтобы он подарил вам дочерей?
– Сначала мы должны получить благословение, – ответила Дар. – Если этого не произойдет, мои желания не будут иметь значения.
Мут-ма прекратила свои расспросы, но они возымели свое действие. Выражение отвращения на лице Мут-смат стало еще глубже.
Мут-ят заговорила.
– Есть разногласия. Некоторые из нас считают, что нам следует проверить пригодность Мут Маук, другие же полагают, что в этом нет необходимости. Похоже, для этого дела нужны камни. Мут Маук, ты позовешь их?
Вежливость требовала, чтобы просьба о камнях была сформулирована в виде вопроса, но допускался только один ответ.
– Хай, – сказала Дар. – Мут-ят, откроешь дверь?
Мут-ят поклонилась и открыла двойные двери в Большой зал, которые закрывались только во время заседания совета. Зна-ят стоял за ними.
– Принесите камни, – приказала Дар.
Через некоторое время Зна-ят вернулся с черным глиняным сосудом с широким горлом. Он поставил его у трона, поклонился и удалился, закрыв за собой двери. Мут-ят заглянула в сосуд и вынула из него камни. Она вручила по два камня каждому матриарху, один зеленый, другой черный. Затем она заговорила.
