Королева орков 3 Королевская судьба полностью

Севрен говорил о логистике и тактике, и от этого предстоящее нападение казалось более конкретным. Сколько сыновей осталось защищать зал? Есть ли у них оружие? Доспехи? Обдумывая эти вопросы, Дар опасалась, что любая защита окажется тщетной.

– Проход должен быть запечатан любой ценой, – сказала она, неосознанно ускоряя шаг.

– Я привез королеве Гирте сапоги и зимнюю одежду для верховой езды, – сказал Севрен. – Так она сможет ездить на Всполохе, когда сможет.

– А ты?

– Я пойду с остальными.

– Ты уже достаточно сделал. Нет причин оставаться.

– Помнишь, я говорил, что ушел из дома с одним лишь мечом, чтобы заработать на дорогу?

– Помню.

– Я был всего лишь мальчишкой, с детским пониманием мира. Я думал, что буду защищать слабых. Исправлять ошибки. – Севрен покачал головой, вспомнив о своей наивности. – Я быстро понял природу своих покровителей и своего ремесла. Но в этот раз все по-другому.

– Потому что это безнадежно?

– Не безнадежно. Не говори так.

– Если проход не будет запечатан, какой у нас будет шанс?

– Какой шанс был у тебя, когда ты в последний раз столкнулась с магом? Достойные дела не должны быть забыты. Я хочу сражаться за тебя. Мне это необходимо.

– Тогда можешь. И спасибо, – сказала Дар. Она несколько грустно улыбнулась. – Я все время отсылаю тебя, а потом благодарю за то, что ты остался.

– Да, такова схема нашего танца.

Дар замолчала, и Севрен зашагал за ней. Стемнело. Поскольку колонну вел Зна-ят, это не было проблемой, и Дар намеревалась идти еще некоторое время. Но когда река повернула за поворот, она вдруг закричала:

– Гат! Стоять!

Зна-ят тут же остановился и спросил по-оркски:

– Что такое, Мут Маук?

– Кто-то идет.

Зна-ят ничего не ответил. Он просто двинулся за Дар. По выражению его лица Дар поняла, что он не видит того же, что и она. Она смотрела на фигуру, хромающую по занесенной снегом тропинке. В тусклом свете она могла разглядеть лишь смутные очертания. Похоже, это был сын. Дар пошла к нему, оставив остальных позади.

Сын остановился, и по мере того как Дар приближалась к нему, его форма становилась все более отчетливой. Он был без одежды. На его бледной коже виднелись темные пятна. Дар подошла ближе и увидела, что это кровавые раны. Вот почему он хромал. Из-за полупрозрачности сына его было трудно узнать. Снежинки, пролетая сквозь его тело, оставались видимыми, а черты его лица смешивались с пейзажем за ними. Дар узнала его только тогда, когда они встали в нескольких шагах друг от друга.

– Лама-ток?

– Тава, Даргу.

Дар не была сильно удивлена, но это не уменьшило ее потрясения и горя.

Лама-ток, казалось, понимал чувства Дар, и смотрел на нее с нежностью и заботой. Затем он слегка улыбнулся.

– Даргу, я был волком. Я убил всех этих вашавоки.

– Но они убили и тебя.

– Моя жизнь угасла, прежде чем я добрался до твоего зала. Но я почти добрался.

– А Вен-гот?

– Вашавоки спрятались в проходе и ждали со стрелами. Его последние мысли были о Фре-па. Он хотел бы, чтобы она знала об этом.

– Мне жаль, что вы с ним погибли.

– Знай, что нас обнимает Мут ла. В этом есть радость. – Лама-ток начал слабеть. – И знай, Даргу: не всегда умирать неразумно.

С этими словами Лама-ток совсем исчез, и Дар осталась смотреть в пустую темноту.

41

Дар взяла себя в руки и вернулась к ожидающим оркам, которые стояли в тишине и ожидании.

– Лама-ток и Вен-гот не пережили своего путешествия, – сказала она, сделав знак Древа. – Сыновья клана Ток не узнали, что должны запечатать проход. Теперь только я могу рассказать им об этом. Мы должны поторопиться.

Зна-ят, как и другие орки, немедленно возобновил движение, но Дар стояла на месте и ждала, пока Нир-ят доберется до нее. Когда она подошла, они пропустили остальных, чтобы идти сзади в колонне. Там Дар рассказала о своем видении.

– Значит, Мут ла послала тебе предупреждение, – сказала Нир-ят, когда Дар закончила.

– Хай. Проход не успеют запечатать. Солдаты вашавоки пройдут через него.

– А ты не могла бы послать вперед Аук-гота? – спросила Нир-ят. – Он быстр и вынослив.

– Думаю, он прибудет слишком поздно.

– Может, ему стоит попытаться?

– Вот что меня беспокоит, – сказала Дар. – Сыновья клана Ток послушались бы моего приказа, но у такого послушания есть недостатки. Если ситуация изменится, то и мудрейший курс может измениться.

– И у них не будет твоей мудрости, чтобы направлять их.

– Хай. Я чувствую, что должна быть там, Нир. Это важно.

Нир некоторое время смотрела на сестру, прежде чем заговорила тихим, печальным голосом.

– Ты говоришь так из-за последних слов Ламы-тока.

– Последняя Великая Мать умерла, чтобы я могла быть здесь. Возможно, меня тоже призовут принести жертву.

Нир-ят схватила Дар за руку.

– Сестра, у меня нет совета, только любовь.

Дар улыбнулась.

– Это то, что мне нужно больше всего.

Севрен понял, что сказала Дар, но остался в недоумении. Постояв немного позади Зна-ята, он заговорил с ним.

– Зна-ят, откуда Мут Маук узнала? – спросил он по-оркски. – Когда мы выступали, она этого не говорила.