В голове мелькнула безумная идея, но я не была уверена, сработает ли она. В последний раз, когда я была в Стиксе, меня не уносило магией или чем-то подобным… но могла ли река вывести меня отсюда?
Я переминалась с ноги на ногу, зная, что у меня оставались считанные секунды до того, как Асмодей ворвется в тронный зал, но все равно сомневалась. Это был мой единственный шанс, но если он не сработает… если Асмодей поймает меня и утопит в этой кровавой реке…
— Я заставлю тебя заплатить, сука! — раздался крик Асмодея, и я обернулась. Он ввалился в зал, сжимая окровавленный ошметок между ног.
Судя по тому, как он шатался при каждом шаге, возможно, он не сможет догнать меня.
Очередной толчок сотряс пещеру, с потолка посыпалась пыль. Я инстинктивно потянулась, чтобы ухватиться за что-нибудь, и вскрикнула:
— О, блядь, мерзость! — выдохнула я, когда пальцы провалились в гнилую плоть однорукого торса, насаженного на один из шипов.
Я резко отдернула руку и завизжала, когда мертвая рука торса вдруг схватила меня за запястье. Костлявые пальцы, на которых все еще держались клочья плоти, стиснули меня.
Сердце екнуло, когда я увидела, что разбросанные по залу останки начали шевелиться. Скелеты вставали на ноги, отрезанные куски тел ползли по полу, оставляя за собой склизкие кровавые следы. Трупы, насаженные на сталагмиты, дрожали и булькали, тянулись ко мне теми гниющими конечностями, которые у них еще оставались.
Невидимая рука провела по моей спине, и по позвоночнику разлился ледяной страх, парализующий все тело. Это было как тогда, когда я упала в темницу, и десятки рук тянулись ко мне, хватали, причиняли боль.
Только вот Белиала рядом не было, чтобы спасти меня.
С криком я ударила свободной рукой по суставу костлявой руки, державшей меня, как в карате. Старый сустав хрустнул, я вырвалась, — кость с грохотом упала на пол.
— Не дайте ей уйти! — прорычал владыка демонов, ковыляя в мою сторону.
Я перепрыгнула через руку, тянувшуюся в мою сторону, стараясь не смотреть на рваную плоть, которая осталась на месте отрезанной в локте руки. Другая рука дернула меня за платье, а скелет, пригвожденный к стене ржавым копьем, схватил меня за волосы.
Сдерживая нарастающую панику, я вырвалась и рванула в сторону Стикса.
— О боже… — мой хриплый шепот вырвался сам собой, голос дрожал от ужаса и чистого шока. Передо мной предстала самая отвратительная, самая пугающая картина, которую я когда-либо видела.
Прямо на пути к Стиксу стоял трон из гниющей плоти Владыки Разврата.
Изуродованная плоть начала шевелиться, словно волны под мутной пеной. Конечности и куски мяса отделялись друг от друга, и я разглядела женские тела, они поднимались, тянулись ко мне.
Их кожа была пепельно-серой, с обнаженными костями, выглядывающими сквозь рваную, изуродованную плоть. Они хлюпали и хрустели, приближаясь, и я не могла понять: это ломались кости или наоборот, собирались заново. Десятки мертвых глазниц уставились прямо на меня, и видела за ними нечто большее.
Будто часть их душ все еще оставалась внутри.
— Ты чудовище, — выдохнула я, голос дрожал от боли и ярости. — Как ты мог сделать это с бедными невинными женщинами?
— Невинными? Они были кем угодно, но точно не невинными, — отозвался Асмодей. Его голос, низкий, демонический, гремел по всему залу. — Иначе их бы не отправили ко мне.
— Никто не заслуживает такого. Неудивительно, что Белиал больше не посылает тебе души. Ты недостоин управлять даже камнями, не то что человеческими душами.
Когда я впервые узнала о душах, блуждающих в владениях Белиала, мне было их жалко. Но бесконечно скитаться в зоне ожидания ада, было раем по сравнению с этим местом.
Белиал перестал отправлять души вниз по Стиксу не из-за лени и не потому, что его что-то отвлекло. А потому что он был милосерден.
Если бы у него было больше времени и помощников, я была уверена, он бы поместил почти каждую душу в своей библиотеке, где им достался собственный мир покоя.
— Как будущая королева Лимбо, я позабочусь о том, чтобы в этом месте больше не появилось ни одной души, — мои слова прозвучали уверенно, как настоящая клятва.
Части трона задрожали и начали падать, одна за другой. Мне понадобилось несколько напряженных секунд, чтобы понять, что они преклонились передо мной на колени.
Черт возьми.
Эти тела подчинялись мне.
Как будто я была их хозяйкой и владычицей, а не Асмодей.
Словно какой-то Королеве падали.
Асмодей снова взревел, бросая приказ своей армии мертвых, но те не слушались.
Пользуясь замешательством, я добралась до края реки Стикс, сжав волю в кулак, прежде чем прыгнуть ногами вперед в кровавый поток.
Подол платья всплыл на поверхности, словно импровизированный спасательный жилет.
Скоро эта тряпка настолько затвердеет от крови, что сможет стоять сама по себе.
Я ждала. Но ничего не происходило. Огонек надежды в груди угасал.
— Блядь, почему не работает? — пробормотала я, обернувшись и увидев, как Асмодей прорывается сквозь разваливающийся трон, пинком отшвыривая в сторону женские тела.
Все шесть его глаз пылали убийственной яростью.
