Королева Падали полностью

Я знала, что он лжет, Белиал не мог не прийти за мной после того, что увидел в зеркале, но эти слова все равно задели меня. Да, я знала Владыку Лимбо всего несколько дней, но он владел моей душой. Он любил меня.

Где бы он сейчас ни был, знаю, что он ищет меня. Эта мысль проникла в меня до мозга костей, заставляя их болеть.

Он придет за мной и накажет каждого из владык демонов, причастных к моему похищению. Он перевернет девять миров, сделает все, чтобы вернуть меня.

У меня были проблемы с доверием к королю Лимбо, но если я и была в чем-то уверена, то именно в этом.

— Ты думаешь, что знаешь Белиала, — возразила я, отвернувшись от него. Пещера, которую Левиафан использовал в качестве спальни, открывала вид на облачное небо над черным как смоль океаном. Белые гребни волн накатывались на пляж, и в паузах разговора я слышала шум прибоя. — Сколько времени прошло с тех пор, как кто-нибудь из вас заботился о нем? Люди меняются, и демоны тоже.

Еще одна дымная змея проскользнула сквозь прутья клетки и обернулась вокруг меня. Ее пасть укусила мой обнаженный сосок, но я махнула рукой, рассеяв дым.

— Ты видела так много для человека, но знаешь так мало.

Левиафан слез с кровати, босыми ногами подошел к моей клетке и присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с моими глазами.

Клетка была настолько маленькой, что между нами не было почти никакого расстояния, ее ширина составляла всего несколько футов. Мне не нравилось, что мы находились так близко друг к другу, настолько, что я чувствовала его дыхание через решетку, скользящее по моей обнаженной коже.

Его прищуренные глаза блуждали по моему телу с нескрываемым желанием, а язык с раздвоенным концом высунулся, чтобы облизнуть его тонкие губы. Фу. Он был просто отвратительным.

— Как ты будешь себя чувствовать, когда он не придет за тобой? Когда он оставит тебя здесь гнить в моем царстве? — он просунул руку через решетку, ширина которой едва позволяла это сделать, и провел пальцами по моей щеке.

Я дернулась от его прикосновения и вынудила себя улыбнуться.

— Осторожно, я кусаюсь. Спроси у Асмодея.

— Да… — задумчиво произнес демон, и его чешуйчатое лицо приняло задумчивый вид. — Что ты сделала с Владыкой Разврата?

— Скажем так: ему понадобится новый титул. Ведь у него больше нет члена.

Удивление подняло безволосые брови Левиафана.

— Правда?

— Правда, — резко ответила я, пристально глядя ему в глаза. — Так что держи руки при себе, или я откушу и твой член.

Левиафан цыкнул языком.

— Так не поступают с вкусными питомцами, особенно если они хотят, чтобы их кормили.

При упоминании о еде я насторожила уши.

Он создал из воздуха половинку раковины устрицы и поднял ее между пальцами, чтобы я могла ее увидеть. Я сморщила нос, потому что никогда не была большой поклонницей морепродуктов, но устрицы были самым нелюбимым из всех возможных блюд. Несмотря на это, мой желудок громко заурчал, когда он просунул раковину через решетку.

— Я не буду это есть.

— Твое дело, сидеть голодной или нет. Левиафан пожал плечом и начал убирать руку. — Мне все равно.

Спазмы голода в желудке заставили меня пересмотреть свое решение.

— Подожди.

Он замер, пока я изо всех сил пыталась удержаться за последнюю ниточку самообладания. Я умирала с голоду. Сколько времени прошло с тех пор, как я последний раз ела? Не менее суток? Я не могла позволить себе быть привередливой.

— Что ты с ней сделал? — спросила я, глядя на отвратительную, похожую на соплю кляксу в ладони Владыки Зависти.

В последний раз, когда я брала еду у незнакомца, мне снились волшебные эротические сны. Не то чтобы я сожалела о своем мокром сне с Владыкой Костей, но у меня было предчувствие, что устрица Левиафана не будет похожа на сливу Белиала.

— Если бы я хотел убить тебя, у меня было достаточно времени до этого момента, — сказал он, не двигаясь. — Я не причиню тебе вреда.

Я презрительно фыркнула и закатила глаза.

— О, так ты хочешь причинять мне боль только на глазах у своих братьев? Сейчас ты хочешь чего? Защитить меня? Я в это не верю.

С такого близкого расстояния я могла разглядеть его острые, зазубренные зубы, когда он улыбался, и от этого у меня скрутило живот. Левиафан мог казаться спокойным по сравнению со своими братьями, но под его обольстительной внешностью скрывалось что-то мрачное. Возможно, сейчас он и вел себя мило, если не считать того, что раздел меня догола и запихнул в клетку, но я знала, что он может быть жестоким, смертельно опасным, если его разозлить.

— Защитить тебя, да. Но будешь ли ты в целости и сохранности? Полагаю, это зависит от того, насколько хорошей домашней зверушкой ты будешь, — сказал он, помахивая устрицей перед моим лицом, и у меня скрутило живот от того, как она тряслась в раковине. — Ты скоро поймешь, что я могу быть довольно… убедительным, когда хочу чего-то добиться.

Я не знала, чего именно он добивался, но это явно было что-то куда мрачнее, чем просто уговорить меня съесть устрицу.

Мы сидели, глядя друг на друга, пока мой голод не победил. Я потянулась к ракушке, облизывая губы при мысли о еде, но он резко убрал свою руку.