Его шаги затихают в коридоре, а я тру сонные, ноющие глаза ладонями и неэлегантно зеваю. В ногах кровати аккуратно сложены джинсы и белая рубашка на пуговицах, рядом — кремовое кружевное белье. Через край матраца перекинуто красивое кашемировое пальто верблюжьего цвета. Я скольжу к изножью и провожу пальцами по мягкому подолу, гадая, как Ашен умудрился найти время и принести цветную одежду, как я люблю, ведь видела Жнецов только в темных тонах. Несмотря на его утренний задор, он заботлив, мил и внимателен, и я одеваюсь без лишних ворчаний, торопясь на кухню.
Когда я прихожу, Ашен уже заваривает кофе, на столе ждут кувшины со сливками и кровью, а также две черные термокружки. Он доедает тост, обильно намазанный маслом, и вскоре мы готовим свои напитки и выходим за дверь, направляясь к Дому Ушзу, где, по его словам, находится ближайший портал в Бран.
— Ты кажешься нервной, — говорит Ашен, его голос эхом разносится под сводами фойе Дома Ушзу. Незнакомый черный камень переливается прожилками таинственного голубого кристалла, который, словно лианы, обвивает колонны вестибюля.
— Так и есть. Я нервничаю из-за того, что Имани и Сайрус остались присматривать за царством. Нервничаю, что гибриды попытаются вцепиться в тебя. Нервничаю, что оборотни захотят реванша или что нефилимы проберутся, пока нас нет. И я все еще не в восторге от этих Ужасных Проходов с Огнем.
Ашен сжимает мою руку, берет факел у одного из стражников и бросает его в котел, поджигая черные камни. Даже зная, что это не больно, дрожь страха скользит по спине.
— С Имани и Сайрусом все будет в порядке. Гибриды и оборотни пока ведут себя прилично. Нет причин думать, что они изменят курс. Все проходы охраняются. А Ужасный Проход с Огнем стоит того, чтобы пройти сквозь пламя.
— Не уверена, Ашен. В прошлый раз, когда мы телепортировались в Румынию и ехали через сельскую местность, твоя сестра пыталась нас убить.
— Вообще-то, — он притягивает меня к себе, когда пламя начинает лизать наши икры, — в прошлый раз мы телепортировались в Румынию из Царства Света, и той же ночью ты стала моей. Мы связались. Так что, думаю, все сложилось хорошо.
— Пока армия оборотней и гибридов не попыталась нас убить, — ворчу, уткнувшись лицом в его грудь. — Но да. Все сложилось хорошо.
Давление нарастает в голове, когда пламя касается наших лиц сернистыми языками, тянущимися к потолку. Я задерживаю дыхание. Закрываю глаза. Ревущий гул заполняет череп. И затем пламя с шумом опадает, заполняя котел дымом, который стелется по незнакомой комнате.
Подвал пропитан влагой, покрывающей каменные стены пленкой сырости и мускуса. В углу сложены пустые ящики, железная крышка котла лежит рядом, покрытая слоем пыли. Сбоку — лестница, и Ашен ведет нас к ней.
Главный этаж дома не такой, как я ожидала. Белые оштукатуренные стены и темные деревянные панели, персидские ковры ярко-красных и глубоких синих оттенков, набросанные друг на друга. Это не очень румынский стиль, но он роскошен в своей простоте, как бывает только с искусной работой и тщательно подобранным искусством. Но мы не задерживаемся, чтобы рассмотреть детали, направляясь прямо к двери, которую Ашен открывает, пропуская меня вперед.
— Какого черта?
Удовольствие Ашена щекочет золотой символ на моей груди, пока я осматриваю сад и зелень. Небо еще темное, но слабый след зари уже просачивается на горизонт, окрашивая его в насыщенные синие тона. Я чувствую запах рожкового дерева и инжира. Известковая пыль. Оливки. Горячий хлеб. Воздух свежий, но не пронизывающий холод начала зимы, который мы испытали в Румынии несколько недель назад.
— Мы не в Бране, — говорю я.
— Разве нет? Хм. Виноват.
Я поворачиваюсь и смотрю на Ашена прищуренными глазами. Он отвечает коварной ухмылкой, берет меня за руку и тянет к черному седану, где ждет водитель.
— Пошли, вампирша. Нас ждут дела.
Водитель открывает багажник, когда мы подходим, и Ашен открывает мне дверь, прежде чем положить внутрь сумку. Когда мы устраиваемся, машина трогается по пустой улице, и я оглядываюсь в замешательстве на проезжающие дома.
— Где мы, черт возьми? Ты меня похитил?
— Что-то вроде того.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Ответил. Ты спросила, похитил ли я тебя. Я сказал…
— Я имела в виду другой вопрос.
Ашен пожимает плечами.
— Думал, это очевидно. Мы в Мире Живых, — отвечает он, откидываясь на сиденье, как будто все это очень забавно. Я смотрю на него, а он имеет наглость игнорировать меня, лишь пожимая плечами, когда я бью его по руке.
Я смотрю в окно, пытаясь найти что-то знакомое.
И затем вижу знак.
— Памуккале3? — говорю я, поворачивая голову между мелькающим знаком и Ашеном.
— Хм?
— Ты привез нас в Памуккале?
— Разве?
— Мы в Турции?
— Неужели?
— Боже мой.
Я не знаю, раздражаться мне или радоваться, нервничать или восхищаться. В итоге чувствую все сразу. Я смеюсь с недоверием и смотрю в окно, пока городок проплывает мимо.
