Я замолчала. Где же она росла, что верит, будто человек может повелевать стихией? А те, кто не может, тот – раб.
Я не могу. Старик и Ноэль сказали о том же.
Ноэль часто рассказывала страшные сказки про Фраатх Ур - Тьму, которая поглощает всё на своём пути, с которой отчаянно боролись те, кого у нас бы назвали магами. Раньше из-за незнания языка я это пропускала мимо ушей.
Сейчас же, спустя пары месяцев, я лучше понимала свою подругу, но не могла в это поверить. Зебры не попадаются нам в повседневной жизни. Хотя, сейчас я слабо могла назвать свою жизнь обычной.
Так что сказка про вечную Тьму, в которой исчезали города и страны, казалась чем-то само собой разумеющейся.
В ту ночь я долго не могла уснуть. Наверное, это и предопределило сильный переворот в моей судьбе. Очередной.
В соседней комнате послышался пьяный мужской голос, а я похолодела – это была комната Ноэль. За все те дни я никогда не слышала, чтобы к ней «приходили» и была благодарна. Я часто смотрела как бьют подругу, но не знала, вынесу ли я, когда её будут насиловать.
После пьяного смеха послышался крик Ноэль, а потом звуки пощечин.
Как и с той дурацкой девочкой, из-за которой я влипла в этот кошмар, я перестала думать, а просто действовала.
Ворвалась в спальню Ноэль с ножкой стула наперевес.
- Кадда, нет! – Глаза подруги налились ужасом.
Я бы остановилась, побоялась бы. Но увидела вывернуту за спину руку девушки, которая с гордой упрямостью сжала челюсть и приготовилась терпеть того ублюдка, что уже задрал подол её платья.
Я налетела на него со спины, со всей силы ударив ножкой стула по спине, от чего ударная волна болью отозвалась в руках. Мужчина повернулся в мою сторону, недобро улыбаясь. От страха мало соображая, я накинулась на него, повиснув на плечах и со всей силы сжала зубы у него на шее. Под его рёв в рот хлынула противная вязкая кровь. Когда её много, она, оказывается, воняет.
Кто-то пытался оттащить меня от насильника Ноэль, а я всё ещё пыталась брыкаться и добраться до него.
Руки исчезли с моего тела, я краем уха услышала какой-то свист в воздухе, а потом спину пронзила ослепляющая боль.
Твари использовали кнут.
Я упала, хватая ртом воздух. Спина горела адски. Мне даже дух не дали перевести, как вновь послышался свист и боль на этот раз была даже ярче, чем в первый.
Боль пеленой застилала глаза, я сквозь неё смотрела на стекленевший взгляд мужчины, лежащего на полу, под которым растекалась огромная, багряная лужа крови.
Я убила его. Я прокусила его ярёмную вену. Я его убила.
Третий удар заставил забыть о нём. На спине почувствовала горячую влагу.
Подонки рассекли кожу.
Послышались крики в коридоре. Остальные имари пытались остановить палача, а Ноэль, воспользовавшись суматохой, подхватила меня за руку и вывела в коридор.
Я повисла на неё тряпичным мешком. Ноэль вела меня коридорами в незнакомый угол особняка, где я никогда не была. Быстро захлопнув на замок дверь, она полетела к груде тряпья и вытащила большой узел, в котором. Как она объяснила, было всё, что может пригодиться. Она подлетела к распахнутому от пола до потолка окну:
- Они убьют тебя, Кадда, - она взволнованно вложила некий флакон в мою руку.
Я верила ей. Останусь здесь, я труп. Но что будет с Ноэль, ведь она помогла мне сбежать?
- Ноэль, - я пыталась взять себя в руки и игнорировать боль, - я. – от боли рот наполнялся желчью, - я вернусь за тобой, обещаю.
В коридоре послышались шаги и крики.
- Беги, - шепнула в ухо Ноэль и я рванула со всех ног.
До города, в котором так жаждала найти спасение, я добиралась несколько дней.
Бежала прочь от рабовладельцев до тех пор, пока в лёгких не осталось воздуха, одни лишь хрипы. Я раньше не была особо спортивной, а здесь, даже на скудной еде, на удивление далеко пронеслась.
Я пыталась держаться от дороги как можно дальше, скрываясь в лесу среди пушистых кустов.
Возможно, меня нашли бы по следам, если бы не неожиданно начавшийся дождь, сбивая с пути преследователей. Трава стала до отвращения скользкой, бежать не было сил.
Со всхлипом я упала на колени без сил продолжать побег. Пришла усталость, открывая путь к боли от рваных ран на спине. Трясущимися руками, пыталась помочь себе встать, чтобы найти укрытие под деревом. Но боль не позволила. Каждое движение отдавалось агонией где-то в мозгу, вырывая больше слёз.
Кое-как медленно доползла до огромного незнакомого растения, ветви которого надёжно укрыли от дождя.
Когда схлынул адреналин, спина начала болеть всё сильнее. Я пыталась открутить флакон, который перед побегом дала мне Ноэль, но руки уже перестали слушаться. От боли меня стошнило. Собрав воду с чашеобразных листьев дерева, прополоскала рот. На это ушли последние силы, и я просто отключилась на холодной земле.
Холодная ночь, дождь и открытые раны на спине – не лучшие спутники качественного отдыха. Проснулась разбитой, в страхе прислушиваясь, нет ли рядом преследователей.
Вокруг было тихо, а вдалеке уже занялся рассвет. О диких зверях я даже думать не хотела.