Глаза Регента расширились, в то время как стражник продолжил.
- А мы ещё не начинали говорить об убийцах из Кейдена, которых ты нанял три месяца назад и поручил им выследить Королеву.
- Люди Кейдена никогда не выдают своих нанимателей.
- Конечно, выдают, жалкое ты отродье. Надо лишь застать нужного человека в нужном настроении и напоить его как следует элем. У меня есть все необходимые доказательства. Считай, что тебе повезло, раз ты всё ещё стоишь здесь.
- Тогда почему же я всё ещё стою здесь?
Булава собирался было ответить, но Келси дала ему знак замолчать. Её сердце сжималось. Неважно, насколько ей хотелось получить всю информацию от дяди, она не могла принять его предложение. Он никогда не бросит попытки вернуть то, чего лишился: это становилось ясным из тех быстрых взглядов, которые он бросал по комнате. Она совсем не знала этого человека, но хорошо изучила его характер. Он всегда будет плести интриги и заговоры. Ему никогда нельзя будет доверять.
- Правда в том, дядя, что я не придаю тебе настолько большого значения, чтобы сажать тебя за решётку. Возьмём, например, Корина. - произнесла Келси, указав на него.
Регент с удивлением повернулся к стражнику, словно забыв, что тот стоял рядом с ним. Корин тоже выглядел озадаченным.
- Я бы могла забрать у него всё: одежду, деньги, оружие, женщин, которых он мог где-нибудь припрятать для себя...
- Причём немало, - весело отметил он.
Келси снисходительно улыбнулась, прежде чем продолжить.
- Но он останется тем же Корином, чрезвычайно благородным и полезным человеком. – Она помолчала. – А теперь посмотри на себя, дядя. Лишённый своей одежды, женщин и стражи, ты всего лишь предатель, преступления которого известны всему миру. Заточить тебя в подземелье означало бы потратить впустую одну из камер. Ты ничто.
Он настолько внезапно и резко отвернулся, что Булава одним движением встал перед Королевой, взявшись за меч. Но Регент лишь немного постоял так, повернувшись к ним спиной и опустив плечи.
- Моё решение остаётся в силе, дядя. Теперь у тебя есть двадцать пять дней, чтобы покинуть Крепость. Корин, проводи его обратно.
- Обойдусь без твоих стражников! – рявкнул Регент, поворачиваясь к ней.
Его глаза расширились от ярости, но в них также, неожиданно для Келси, отражалась глубокая боль. Она внезапно почувствовала абсурдное желание принести извинения, однако оно быстро исчезло, как только он продолжил.
- Ты попала в глубокие воды, девчонка. Не думаю, что даже твой верный Булава понимает, насколько они глубоки. Красная Королева знает, что ты сделала: я лично отправил ей гонца. Ты помешала мортской работорговле, и поверь мне, она придёт и выпотрошит эту страну, как мясник свинью.
Заметив что-то за её спиной, он внезапно замолк, и его глаза расширились от ужаса.
Девушка обернулась и увидела стоявшую позади неё Маргариту. Её шею не залечили: рубцы, видимые даже при свете факелов, потускнели до тёмно-пурпурного. На ней было мешковатое коричневое платье, но в этом случае бесспорно не одежда красила человека: Маргарита, высокая и величественная, была похожа на Елену Троянскую. Её волосы были словно всепоглощающее пламя. От её взгляда, направленного на Регента, у Келси мурашки пошли по коже.
- Маргарита? – спросил он. Весь его пыл будто испарился, и теперь он смотрел на женщину с совершенной тоской, сделавшись похожим на брошенного щенка. – Я скучал по тебе.
- Не понимаю, как ты осмелился заговорить с ней, - резко крикнула Келси, - но без моего разрешения ты больше не будешь это делать.
Лицо её дяди потемнело, но он смолчал, не сводя глаз с Маргариты, которая задержала на нём взгляд ещё немного, а затем метнулась вперёд, от чего Булава и Корин опустили руки на мечи. Но она, не обратив на них никакого внимания, подошла прямо к креслу Келси и села у её ног.
Регент воззрился на них с лицом, застывшим от сильнейшего изумления, но затем искривившимся от ненависти.
- Что ты дала ей?
- Ничего.
- Чем ты купила её?
- Для начала я сняла поводок с её шеи.
- Ну и радуйся. Эта потаскуха будет улыбаться тебе и при этом перережет тебе горло. - Он с яростью посмотрел на Маргариту. - Будь ты проклята, мортская тварь.
- Никому не страшны твои проклятья, тирская свинья, - ответила она на мортском. - Ты сам себя проклял.
Регент озадаченно уставился на Маргариту, и Келси с отвращением покачала головой: он даже не знал мортского.
- Нам больше не о чем говорить, дядя. Уходи отсюда и скатертью дорожка.
Бросив на свою бывшую рабыню последний отчаянный взгляд, он отвернулся и с шумом ушёл прочь. Корин следовал за ним по пятам. Элстон и Кибб открыли двери ровно настолько, чтобы Регент мог пройти. Маргарита дождалась, пока они их закроют, прежде чем подняться на ноги и быстро проговорить на мортском:
- Я должна вернуться к детям, Ваше Величество.
Келси кивнула. У неё имелись вопросы к Маргарите, но сейчас было неподходящее время. Посмотрев, как женщина уходила по коридору, она расслабилась в кресле.
- Скажите мне, что это всё.
- Ваш казначей, Леди, - напомнил ей Булава. - Вы обещали принять его.
- Вас не разжалобить, Лазарь.
