У Кейдена сейчас хватало собственных проблем. В Кишке всем было известно, что Регент предложил наемникам неслыханную награду за голову принцессы, и они, по слухам, направили все свои ресурсы на выполнение этого поручения, забросив текущие заказы, которые обеспечивали им основной заработок: охрану дворян, чьей жизни что-либо угрожало, сбор податей и сопровождение ценных грузов. В последние несколько месяцев деньги у Кейдена постепенно иссякали, но гонорар от Регента наемники так и не получили. На поиски принцессы были впустую потрачены усилия огромного количества людей, а королевская казна тем не менее осталась для них закрыта. Наемные убийцы значительно подпортили себе репутацию, не сумев найти принцессу, отчего их дела пошатнулись еще больше. По устоявшейся практике девять-десять кейденов обычно сопровождали рабов, когда повозки выезжали из Нового Лондона: ничто так хорошо не отпугивало доморощенных мстителей. Сопровождение клеток с рабами считалось легкой работенкой, но все же приносило каждый месяц немалый доход. А теперь не было и этого.
В прошлом месяце до Жавеля дошли слухи, что кейдены стали браться за случайные заработки, чтобы хоть как-то сводить концы с концами: разбойничали на больших дорогах, учили дворянских сыновей фехтованию и стрельбе из лука, брались даже за простую, грубую работу. Один красавчик по имени Эннис нанялся кавалером к какой-то дворянской дочке-дурнушке: водил ее на балы, читал ей стихи и делал бог знает что еще. Даже Жавель, никогда не испытывавший особой симпатии к наемникам, был вынужден признать, что состояние их дел весьма плачевно. Он не мог себе представить, как должны были чувствовать себя сами кейдены, столько лет кичившиеся собственной исключительностью. Так или иначе, было весьма похоже, что Беденкуры пришли сюда в поисках стороннего заработка, так что стражник не верил в их преданность делу.
У камина сидели еще четыре человека, которых Жавель никогда не встречал. Среди них был скользкого вида молодой священник, на котором стражник задержал взгляд: он и подумать не мог, что Церковь Господня пала так низко. Бритая голова и тонкие белые руки церковника выдавали в нем аскета, а учитывая его молодость, он мог быть одним из личных прислужников Его Святейшества. Рядом с ним сидел потрепанный светловолосый человек, у которого был такой вид, словно он недавно выполз из сливной канавы. Вор или просто карманник, наверняка искавший легкий способ подзаработать.
«
Но тут, вглядевшись в самый темный угол комнаты, Жавель увидел самое страшное: там, привалившись к стене, скрестив на груди руки, с довольной физиономией, сидел Келлер, его напарник, стражник Ворот. Жавель вспомнил, как несколько лет назад, ночью, Вил по секрету велел нескольким стражникам покинуть Ворота и сходить в «Кошачью лапу» за Келлером, который в тот раз по-настоящему влип. Он и раньше попадал в неприятности: швырнул о стену какую-то женщину, несколько раз обвинялся в изнасиловании, причем однажды, чтобы решить вопрос, пришлось обращаться напрямую к Регенту. Но даже Жавель не был готов к тому, что ждало их в «Кошачьей лапе». Келлер, пьяный в хлам, с окровавленными руками, почти до смерти забил проститутку, после чего изрезал ей бритвой лицо и грудь. У Жавеля до сих перед глазами стояло лицо рыдавшей в углу девушки, верхняя часть тела которой была залита кровью. Ей было никак не больше четырнадцати лет. Они обо всем позаботились, но, вернувшись домой на рассвете, Жавель напился до потери сознания, благодаря бога за то, что Элли не видит, до чего он докатился. И вот он снова оказался втянут в темные дела, стоя в этой темной комнате и пялясь на Келлера.
Вошел Торн, закутанный в темно-синий плащ, свободно развевавшийся вокруг его насекомоподобного тела. Жавель с облегчением увидел, что на этот раз Бренны с ним не было: солнце должно было сесть только через два часа. Чиновник пристально оглядел всех собравшихся своими ярко-голубыми глазами, после чего принялся снимать плащ. Жавель с любопытством наблюдал за ним, гадая, что за игру он на самом деле затеял. Торн руководил Бюро переписи, но это была лишь дневная рутина за казенное жалованье. По ночам же, в своем истинном обличье, Торн был королем черного рынка, и даже если в Мортмин больше не будут отправляться рабы, его доходы сократятся ненамного. Конечно, должность Распорядителя переписи была весьма полезна, поскольку давала нужные связи, но такому скользкому человеку нужны разнообразные рычаги влияния.
«
