Они вынырнули на хорошо освещенную аллею, и здесь Луиза пошла без поддержки, хотя и прихрамывала. Новые босоножки немилосердно натирали.
Арсум бодро шагал чуть впереди, отчаянно жестикулируя и рассказывая о своем новом исследовании. Он так сыпал терминологией, что Луиза едва его понимала. А все как будто сводилось к обращению к скрытым когнитивным способностям человека при помощи стимуляции мозговой активности определенными типами символьной информации.
Вот и дом желтоглазого профессора. Он галантно распахнул дверь, пропуская Луизу вперед. В лицо повеяло ароматом апельсинов.
– Пожалуйте сюда, мисс Мар, в гостиную. Впрочем, вы тут уже были, не так ли?
Она с облегчением разулась и босиком прошлепала по теплому деревянному полу. Ничего не изменилось в гостиной с момента их последнего незапланированного визита. Разве что на столике появилась кипа книг по нейрокогнитивным наукам да в стеклянной вазочке красовались сложенные пирамидкой яркие апельсины.
– Садитесь в кресло, мисс Мар, – вдохновенно пропел Арсум Вейн, – может быть, чаю?
Луиза покачала головой.
Нет, не нужно.
– Давайте начинать, доктор Арсум. Мне бы не хотелось, чтобы моя соседка, меня не обнаружив, подняла на уши всю округу.
– Как скажете. – Он остановился посреди гостиной, потер ладони. – Тогда, мисс Мар, расслабьтесь.
Порывшись среди книг, он жестом опытного фокусника извлек на свет несколько картонных карточек, перетасовал их, как будто укладывая в определенном порядке.
– Ну что, приступим?
«Настоящий ученый, – подумала Луиза, – так радуется тому, что есть возможность провести опыт».
Она уставилась на первую карточку.
Там была нарисована бело-зеленая клякса на сером фоне, словно кто-то швырнул о стену дома тарелку с салатом.
– Какие ощущения у вас вызывает этот рисунок? – В голосе Арсума появились фанатичные нотки.
– Э… Недоумение, – честно ответила Луиза, – а что еще я должна почувствовать?
– Хорошо, – легко согласился Вейн и сменил карточку.
Луиза увидела череп с пустыми глазницами.
– А сейчас?
Она пожала плечами.
– Неуютно, доктор Арсум.
– Это обычная реакция. А теперь?
На следующей карте снова была клякса, только теперь уже черная.
Луиза прищурилась. По неясной причине ей показалось, что границы черноты шевелятся. Совсем немного и едва заметно, но все же…
– Как будто живая, – ответила она Вейну. – Доктор, а где протокол эксперимента?
– Все записывается, не беспокойтесь. Ну же, Луиза. Ведь ничего страшного не происходит, так ведь?
Она пожала плечами.
Фактически ничего особенного. Глупые карточки с глупыми рисунками.
Но почему ее не покидает чувство, что есть подвох?
Он показал ей кошку, созвездие Астронавта, герб Рамоса, похожий на расположенные по кругу и сходящиеся к центру пики. Луиза честно описывала собственные ощущения, но в какой-то момент поняла, что комната поплыла перед глазами. Хотела сказать Вейну, потом передумала. Наверное, здесь просто душно. Надо открыть окно…
– Вот последняя, – весело протараторил Вейн.
И показал карточку с портретом черноволосого мужчины.
Луиза прищурилась.
Несомненно, этот мужчина был ей знаком.
И при этом никаких ассоциаций. Вроде самый обычный: черные, коротко стриженные волосы, хищный нос с горбинкой, элегантная бородка…
Гостиная поплыла окончательно.
Луиза в панике дернулась, попыталась подняться.
– Мне… помогите…
«Нечем дышать».
– Дыши, – приказал насмешливо Арсум Вейн.
Его желтые глаза оказались совсем близко, в них даже промелькнуло сочувствие. А потом – страх.
И Луизу швырнуло в черный тоннель, протащило, бросая на невидимые стены, и выплюнуло в яростный слепящий свет.
Так рождаются звезды.
Она пребывала в бездонной пустоте и тишине.
Потом услышала тяжелые удары, словно кто-то мерно стучал по большому барабану.
Мир изменил окраску, омылся тошнотворно-розовым, в гнойных прожилках.
Первые стрелы боли пронзили виски.
«Не надо, пожалуйста, не надо».
Чей это голос? Явно не ее.
Она ведь больше не кричит. Кричат в основном другие.
Луиза медленно открыла глаза и огляделась.
Арсум Вейн трясся как осиновый лист, а потом и вовсе бухнулся на колени.
Поморщилась.
– Перестань. И убирайся, меня тошнит от тебя и твоих штучек.
Это она сказала, правда?
Вейн скривился.
– Я всего лишь должен был передать тебе последовательность действий, Безымянная. Я не виноват. Ни в чем не виноват. Не трогай меня. И без того тошно в теле этого чокнутого ученого.
– Ученого больше нет, ты ж его сожрал, – нехотя ответила она, расслабленно устраиваясь в кресле.
– Да, это так, Безымянная. Но поверь, мне стоило немалых трудов устранить Лоица, узнать, кого пригласят в академию, а потом еще и влезть к нему в голову.
– То есть сейчас там только ты, – на всякий случай уточнила она.
Кивок.
– Говори, что должен был.
– Тело королевской гончей принадлежит королеве.
– Я это и без тебя знаю. Что дальше? Что я должна сделать?
