Он был возбужден, ладонью я чувствовал жар его тела и прерывистое дыхание, как рвано вздымается его грудь под моей рукой и как гулко бьется сердце. Скользнув вверх, оставляя влажный след от краски на его коже, я нежно коснулся острых выпирающих ключиц, пробежался пальцами вдоль длинной шеи, заметив, как быстро бьется жилка, дотронулся до подбородка, повторяя идеальные линии скул, и прикоснулся к пухлым губам, заставляя его чуть приоткрыть рот. Он среагировал молниеносно, обхватив мои пальцы губами, скользя вдоль поверхности горячим языком, погружая их в жаркую глубину своего рта.
«Паршивец, знает же, как меня завести!» – я довольно улыбнулся. – Продолжай!
По-прежнему не сводя с меня глаз, одной рукой он начал распутывать завязки на поясе домашних брюк, другой активно лаская мой возбужденный член через легкую ткань. Опустившись на колени, удовлетворенно оценив то, с чем ему сейчас предстоит работать, в предвкушении бегло облизнув пухлые губы, он вобрал меня так глубоко, как только мог, практически до самого основания.
Шумно выдыхаю, стараясь дышать животом, и запускаю руки в волнистые локоны, насаживая его еще глубже. Не сопротивляется, позволяя мне задавать ритм и глубину, максимально расслабляя горло.
«А он хорош!» – перебираю волосы, с удовольствием замечая, как белоснежные пряди окрашиваются и слипаются в моих руках. – «Даже слишком хорош!»
С силой дергаю его за волосы, властно притягивая для поцелуя. Послушно поднимается, выпуская мой член изо рта с пошлым хлюпающим звуком, и я жадно впиваюсь в его губы, ощущая маслянистый привкус краски и собственной смазки.
– Повернись, – разворачиваю его спиной к себе, целуя угловатое плечо, покрывая поцелуями длинную тонкую шею и выступившие позвонки, когда он, подставляясь под ласки, наклоняет голову, свободной рукой убирая волосы. Провожу скользкими от краски пальцами вдоль позвоночника по разгоряченной, влажной от пота коже от затылка до самого копчика, тут же повторяя ее дорожкой мелких неторопливых поцелуев. Чуть вбирая кожу губами, покусывая и пробуя на вкус, наслаждаясь тем, как он вздрагивает и покрывается мурашками от каждого моего прикосновения.
Опускаюсь на колени, с силой сжимая ягодицы, оставляя отпечатки пальцев на нежной бледной коже, которая тут же реагирует, покрываясь красными пятнами. Жадно вдыхаю запах – запах растворителя, краски, пота, смазки, – запах возбуждения, сексуального голода и нескрываемого желания. Запах секса!
Продолжая сминать упругую плоть, широко развожу половинки, и медленно, мучительно медленно провожу влажным языком вдоль ложбинки сверху вниз, опускаясь и чуть подразнивая легкими касаниями яички, одновременно, запустив свободную руку между ног, плотно сжимаю его член.
От неожиданности, с хриплым выдохом, Оливер хватается за мольберт, роняя инструменты и кисти, опрокидывая тюбики и банки с краской, которая пачкает его руки и бедра, стекая по ногам и падая на пол густыми тягучими каплями. Продолжаю ласкать его сзади, изредка чуть прикусывая ягодицы, одновременно активно работаю рукой, то плотно сжимая основание члена, то лаская одну лишь головку, пока глубокие вздохи не сменяют едва сдерживаемые стоны.
Поднимаюсь с колен и, скользнув взглядом по картине, замечаю разводы и отпечатки пальцев, только что оставленных Оливером на полотне в поисках опоры. С силой дергаю его за волосы на себя, заставляя прогнуться, прижавшись всем телом, и злобно шепчу в самое ухо, отчеканивая каждое слово:
– Ты только что испортил мою картину и за это сейчас будешь наказан! – придерживая его за бедра, вхожу в него одним мощным толчком до самого конца, почти касаясь бедрами его ягодиц, вызвав несдержанный гортанный вскрик.
Несмотря на мою нарочитую грубость, он с легкостью принимает меня, плотно обхватывая изнутри – такой горячий, влажный, отзывчивый. И тут же начинает отвечать, активно двигая бедрами, глубоко насаживаясь на меня, откинувшись назад и запрокинув голову мне на плечо, кусая пухлые губы в попытке сдержать стоны. Глаза его закрыты, щеки горят огнем. Такой невероятно красивый и желанный! Одной рукой оглаживая впалый живот, опускаюсь к члену, другой ласкаю соски, сжимая и перекатывая между пальцами, поднимаюсь к шее, чувствуя, как бешено бьется жилка, хватая за подбородок, заставляя его повернуть лицо, и жадно впиваюсь поцелуем в искусанные губы:
– Не сдерживай себя, кричи! Дай мне услышать твой голос. Кончи для меня!
И он отвечает, хрипло и громко стонет, почти кричит с каждым новым мощным толчком, а я продолжаю крепко обнимать его двумя руками, стараясь буквально вжать в себя, стать единым целым. Ускоряю руку на его члене, когда он начинает вздрагивать и пульсировать всем телом в преддверии разрядки, быстрыми круговыми движениями вокруг головки, пока он не изливается в мой кулак, содрогаясь в моих объятиях, сокращаясь глубоко внутри.
– Хороший мальчик! Обопрись на мольберт, – скользящий поцелуй в висок, и я заставляю его наклониться вперед, крепко удерживая за бедра, продолжая входить быстрыми, глубокими и резкими толчками.
