- Да, я сотни раз думал о том, что у неё самые глупые предрассудки по поводу того, что нужно быть как можно ближе к народу и не отгораживать себя от него охраной. Как ей втолковать, что не всегда к тебе будут относиться так, как ты этого хочешь!
- Объяснил бы ты ей это! – укорительно посмотрел на наследника старший МакДжойн, – что бы она ни делала, и какой бы совершенной ни пыталась казаться, у всех свои идеалы, и каждый всё растолкует по-своему. А она из-за этого будет лишать себя удовольствий, и терять молодость понапрасну, да ещё, как оказалось, и жизнью рисковать. Вела бы себя достойно Карлеалям, была бы счастлива и невредима.
- Золотые слова, Сториан! Может быть, ты сам с ней потолкуешь на эту темку? У тебя вот-вот представится возможность, когда она придёт нам сообщить о своём решении по поводу Бенка. Думаю, оно будет в его пользу, она так не хочет, чтобы папа узнал о её маленьких проказах…
- Шантажируешь родную сестру! До чего дошёл, а?! – все хором хотели повеселиться, перейдя на другую волну, непринуждённую, о развлечениях или историях из собственной жизни (из чужой они редко пересказывали, так как их собственная судьба была такой насыщенной, что интересоваться чьими-то приключениями было просто некогда), но Робин продолжал гнуть своё.
- Ну, допустим, что она отпустит Мартина на все четыре стороны, самого факта покушения это не убирает. Что вы думаете? Может быть, это было только предупреждение нам и вскоре на наши головы полетят напасти?
- Глупости! – отмахнулся Сантьяго Эливерсон, – ты и её высочество настолько разные концы одной прямой, что никому и в голову не взбредёт как-то вас связать и пытаться воздействовать на одного через другую.
- Тогда я продолжу настаивать на том, что просто кто-то хотел очернить Мартина. Но ведь я-то никогда не поддамся на то, что мои друзья могут сделать что-то плохое, ребята, я же вас знаю. А вот к Беллоне легче подкопаться, надавить, и она уже на любого свалит все смертные грехи! Вот чем я не люблю несозревшие личности, они ни в чём до конца не уверенны и не имеют чётких понятий, ни чётких представлений.
- Да ладно, дорастёт ещё! – успокоил всех Рикардо и, как раз вовремя, потому что за дверью камердинер объявил, что её высочество пришла.
- Так, ребята, давайте посерьёзнее, и не слишком её затравим, а то совсем сейчас доведём до белого каления, она разнервничается и откажется помочь Мартину. А мне и самому не очень хочется посвящать отца во всё, а если он прознает, без него тогда уже будет не обойтись, и не разобраться.
Но Робин не рассчитал того, что его сестра в последнее время стала менее доверчивой и наивной, а тем более перестала любить состояние незащищённости и начала чаще искать поддержки и опоры. Беллона уже шла с твёрдым решением отпустить графа Финкер-Оренстоффа, как и хотел принц, только с условием, чтобы этот человек покинул территорию на много миль вокруг дворца, да желательно под тщательным присмотром. И чтобы убедительно это потребовать и настоять на своём, принцесса захватила с собой свиту. Не просто, как обычно, Габриэль и Марию, а артиллерию гораздо тяжелее, плюс к двум подругам она пригласила с собой принцессу Гиганта. «Если Робин думает, что имеет право всем и всё рассказывать, или кто-то думает, что его друзья лучше моих подруг, то они сильно заблуждаются!». Подумав так днём, Беллона наконец-то рассказала обо всём своим фрейлинам и теперь, не стесняясь, могла говорить о расследовании и преступлении Мартина Бенка. И хотя девушка была против посвящения в эту феирскую тайну Энжел, Габи уговорила довериться и ей, потому что та была надёжной и положительной, если к ней, само собой, подобающе относиться. Что ж, когда сам не оставляешь за собой секретов, потом трудно будет найти против тебя какие-то порочащие известия. Вот Беллона и рассудила придерживаться такой линии, какой когда-то советовал Бернардо – жить напоказ. Ничего не скрывать и не бояться и тогда уже многим будет просто неинтересно лезть в твои дела. И не прогадала, Энжел отнеслась с уважением к оказанному ей доверию и теперь готова была грудью стоять за свою «маленькую подругу». К радости, оказалось, что она ещё и очень хорошо знает компанию Робина Четвёртого, которая часто бывает на Гиганте, поэтому могла являться связующим звеном между двумя баррикадами. Но для принцессы это было крупинкой на чашу её весов, а для принца, растерявшегося от появления знакомой, напротив.
- Энжи, здравствуй, какими судьбами! – молодой человек встал со своей мягкой лежанки и, взяв девушку за руки, усадил рядом с собой, расцеловав ей ладони, – ты, как всегда, превосходна, ослепительна, очаровательна…
- Полно, полно. Я тут уже несколько дней, а ты только соблаговолил обратить на меня своё зоркое око.
- О, прости! Прости меня, – вспомнив, что тут кроме него и его товарищей ещё и «малолетняя» сестра с такими же подругами, он прекратил поток излияний и стал посдержаннее, – да, я ведь на самом деле сам только второй день как тут, вернулся от Дональда.
