- Так, когда свадьба? – В салоне поднялась такая кутерьма, смех и веселье, что всем пришлось долго успокаиваться. Никак не предполагавшая такого поворота событий Беллона, сидела в полном недоумении. Она думала, что будет натянутый сухой разговор, выяснение отношений, упрёки, укоры и, в конце концов, компромисс, после которого все разойдутся сердитые и неудовлетворённые, хотя ничего не выиграют и не проиграют. Но Энжел сумела превратить диалог в забаву, а договор в игру. Толком никто и не понял как, но как-то между делом, все сговорились, что Мартина Бенка отпустят на свободу, а через неделю он покинет Феир на неопределённый срок, пока судьба его не прояснится здесь, Беллоной, Бенвором Эскорини и принцем. Всё прошло как нельзя лучше! «Как бы мне хотелось научиться манере Энжел заводить со всеми дружбу! Глупости придумывают, когда говорят, что всем хорош не будешь! Видимо эти люди не были знакомы с Энжел! Она даже с моим братом отличные друзья, а я думала, что он девушек всерьёз не воспринимает, а они с ней, как на равных. И даже не ясно, кто главнее. Она просто задавила Робина своим лидерством». И пока Мария с Беллоной находились в роли наблюдательниц и рассуждали о чём-то своём, делали соответствующие выводы, Габриэль всё глубже вовлекалась в кокетство и заигрывание наследницы Гиганта и принца Феира с друзьями. Она начала чувствовать себя среди этого, как сыр в масле. И только ужин смог отвлечь молодёжь от увлекательных рассказов и чудного времяпрепровождения. На него почти все пошли с неохотой, потому что трапезничать предстояло всем совершенно другими компаниями.
- Пошли, Белл, чего ты там застряла? – окрикнула виконтесса подругу.
- Смотрю, не видит ли кто, куда мы направились.
- Да какая разница? Ты же не из дворца бежишь, а идёшь в покои к своему брату, а там тебе не запрещено появляться!
- Ну, вообще-то мама наказала мне не высовываться во время праздников из своих покоев. И зачем я тебя послушала? Что я забыла в западном крыле!
- Я тебе сотню раз объяснила, что слышала, как Энжел сказала, что ещё увидится с Робином, Сторианом и другими попозже вечером, а потому, почему бы нам не присоединиться к их занятиям? Они, наверное, сейчас уже так веселятся! А твоего графа мы всё равно не нашли, так чего попусту сидеть в комнате? Вон как развеяться можно!
- Замечательно развеваемся! Перебегаем без фонаря от угла к углу по замку, как шпионки. Не много-то в этом удовольствия!
- Ну, перестань! Иногда ты мне нравишься, но когда занудой становишься, как Мари, я тебя готова больше никуда с собой не брать.
- В такой потере горя мало, – шепнула себе под нос принцесса.
- Что?
- Я говорю, помедленнее иди, я в таких сумерках не вижу, куда наступить. Ещё столкнёмся с кем-нибудь из стражи или гостей. Сраму не оберёшься, что такие высокородные девушки по темноте одни шастают!
- Беллона, будь терпимее, осталось совсем немного, и мы будем на месте, в безопасности и недосягаемости для надзора за нами, – не успела Габриэль произнести свои слова, как дверь слева от неё открылась, и в коридор пролился яркий свет из сверкающих апартаментов. Удачливая виконтесса, как всегда, успела выбраться из ситуации, уже перешагнув эту полоску света и шмыгнув за распахнувшуюся дверь, прижаться к стене, спрятавшись за гобеленом. Беллона осталась стоять на самом виду, и деться было некуда.
- Кто здесь? – из комнаты шагнула женщина в ночном халате, тянущемся по полу красивыми атласными складками. По спине, до самой талии, струились чёрные волосы, переливаясь отблесками света из ламп. В руке у неё был подсвечник, в котором ровно и чётко горел фитиль одной свечки. Его-то она и подняла к лицу Беллоны, осветив тем самым не только девушку, но и саму себя.
- Тётя Сивилла? – вопросительно всмотрелась в женщину принцесса.
- Беллона? Девочка, что ты тут делаешь? Такая темнота к порогу крадётся, а ты одна по замку бродишь. Зайди скорее!
Девушка послушалась, про себя представив, каково сейчас виконтессе остаться одной там, за дверью, Габи ведь иногда такой трусихой бывает, что зайцы так волков не боятся, как она какой-нибудь тени или шороха. Проследовав в спальню за своей тётей, Беллона присела на край дивана возле камина. От напряжения у неё успели занеметь руки, и она автоматически пыталась их отогреть.
