Бабингтон с распростертыми объятиями встретил признания Уила в верности католицизму и с наивной, вызывающей жалость доверчивостью принял новообращенного в круг друзей. Вскоре стало ясно, что всеми этими людьми движет фанатичная, почти безумная страсть, способная привести лишь к кровавому финалу. Уилу захотелось убежать, однако инструкции четко предписывали слушать новых приятелей, задавать им наводящие вопросы и предлагать всяческую поддержку. Ну а следовать инструкциям Уил Крейтон умел отлично.
Энтони подошел к нему почти вплотную и быстро, возбужденно зашептал:
- В ближайшие дни должно состояться собрание. Отец Баллард собирается во Францию, чтобы обсудить общее дело с испанским послом и Морганом, агентом Марии. Приедешь?
- Разумеется, - так же тихо ответил Уил, старательно скрывая радость. Еще бы! Сэр Фрэнсис по достоинству оценит рвение. - Ты - самый преданный друг королевы Марии.
Энтони покачал головой:
- Остаюсь верным слугой с тех самых пор, как числился пажом в доме лорда Шроузбури, когда тот служил первым охранником несчастной узницы. О, леди была так хороша собой, так обаятельна, так очаровательно улыбалась! Видел бы ты ее тогда, Уил. - Он вздохнул. - Шроузбури относился к заключенной бережно, деликатно, совсем не так, как в нынешнее грубое время ее третирует Эмиас Полит. Бедняжка страдает от лихорадки и болей в желудке. Мы должны, обязаны немедленно добиться освобождения. Нельзя терять ни единого дня!
Уил с пониманием кивнул и сочувственно сжал руку Бабингтона.
- Непременно добьемся, Энтони. Отец Баллард получит необходимую помощь.
- Будем надеяться. Собрание состоится в таверне «Плуг», неподалеку от Темпл-Бар. Соберется немало народу… - Энтони склонился к самому уху и заговорил еще тише.
Розамунда недоумевала, что за тема могла настолько увлечь мастера Крейтона и его собеседника, что ни тот ни другой ни разу не посмотрел вокруг. Не может быть, чтобы Уил не заметил ее присутствия - их разделяли всего лишь каких-то несколько футов. Но он не бросил в ее направлении ни единого взгляда.
Перо Розамунды быстро двигалось по бумаге, а когда остановилось, на листе появилось живое изображение обоих джентльменов. Окинув работу критическим взглядом, она убрала рисунок в папку и достала чистый лист, попутно оглядываясь в поисках новой темы для наброска.
- Мистрис Уолсингем!
Розамунда подняла глаза и с удивлением обнаружила стоящего рядом слугу.
- Сэр Фрэнсис Уолсингем просит вас составить ему компанию.
Розамунда нервно собрала рисовальные принадлежности и вслед за посыльным вышла из галереи в небольшую комнату, где в глубоком эркере секретарь королевской канцелярии беседовал с Томасом.
- А, Розамунда, ты уже здесь. Хорошо.
Сэр Фрэнсис коротко кивнул, а молодая леди ответила положенным по этикету реверансом.
Кузен поцеловал ее в щеку.
- И как тебе придворная жизнь, сестренка?
Вопрос Томаса прозвучал сердечно. Подозрительно сердечно, подумала Розамунда.
- Большей частью весьма занимательно, - осторожно ответила она.
Вряд ли брату и кузену стоит знать о постепенно углубляющихся познаниях в некоторых, скрытых от посторонних глаз, сферах.
Сэр Фрэнсис взглянул остро, проницательно, словно читал мысли.
- Будь осторожна, дитя мое. Если тебе и суждено обрести достойное будущее, то только здесь. Не забывай об этом ни на миг.
Розамунда смиренно поклонилась. Сэр Фрэнсис немного помолчал и спросил:
- Успела что-нибудь нарисовать?
- Всего лишь несколько набросков. Впечатлений не слишком много. В покоях королевы почти ничего не происходит.
Надеясь, что ответ не будет воспринят, как прямая жалоба, она передала вельможе папку, в которой, среди прочих, лежала и только что законченная работа.
Сэр Фрэнсис подошел ближе к окну и принялся внимательно рассматривать лист за листом.
- Мм-м… да у тебя действительно острый глаз. А почему внимание привлек именно этот джентльмен?
Он постучал пальцем по новому портрету.
- В нем таится что-то… не могу выразить словами. Костюм, глаза…
Она пожала плечами.
- А ты что думаешь, Томас? - Фрэнсис показал лист кузену. - Смотри, как точно изображен наш друг Бабингтон.
- Да и Крейтон тоже. Судя по всему, времени зря не тратит.
Молодой Уолсингем бросил быстрый взгляд на сестру, которая, казалось, задумалась и не вслушивалась в разговор.
Однако на самом деле Розамунда ловила каждое слово. Судя по всему, за те два дня, которые прошли с последней встречи, Уилу удалось-таки поступить на службу к сэру Фрэнсису, и теперь он исправно исполнял новые обязанности. Возможно, этим и объяснялось его долгое отсутствие.
Сэр Фрэнсис обратился к кузине:
- Вот этот человек, Розамунда… его зовут Энтони Бабингтон. Постарайся при каждой возможности рисовать и его самого и его собеседников. Да, собеседники представляют особый интерес. - Он сложил листы и сунул в карман. - Надеюсь, времени на рисование хватает?
- Да, сэр Фрэнсис. Ее величество чрезвычайно добра и разрешает посвящать свободное время любимому делу.
Вельможа одобрительно кивнул:
