— Как вас зовут, храбрые девушки, которые не боятся Кафа Орха?
— Лейза. Тинга, — сказали красотки, и землянка не поняла, кто из них блондинка, а кто брюнетка. Зато она вспомнила, где видела их. 'Вчера они поклялись расцарапать мне лицо. Ничего. У меня ногти длиннее. А еще я красивее. У меня благородная красота, а эти как две кошки. И я моложе. Сколько же народу в него влюблено?' Она подумала о том, что эта парочка могла и помочь ей, ведь сейчас Арина действовала на руку своим соперницам. В ней снова всколыхнулась надежда.
Они чокнулись и выпили за здоровье Кафа.
— Мы поможем тебе добраться до базы, — пообещали собутыльницы Арины. — Мы не знаем, где она находится, но об этом знают обитатели наших замков.
— А где ваши замки?
Девушки выпили за здоровье вон того хозяина, который положил глаз на блондинку. На Арину он глаз поднять не посмел.
— Наши замки видно отсюда.
— А третий чей?
— Хозяина таверны.
Они тяпнули еще по бокалу, за здоровье хозяина таверны, который придумал это адское пойло. У Арины поплыла голова. 'Они не проводят меня до базы. Они спрячут меня в своих замках или убьют, и кто-нибудь из них займет мое место. Для Кафа это лучший выход, потому что ни одна из них не станет морочить ему некрасивую голову. Они обе знают, чего хотят', - о последнем Арина подумала с обидой. Она снова ощутила на себе горячие руки Кафа и сердито фыркнула. 'Интересно, кого из них выберет мой мужчина? Ему нравятся блондинки. Но может, ему уже осточертели блондинки, ведь у него от них одни неприятности'.
— Вы поссорились, да? — назойливо жужжала Лейза-брюнетка. — И нечего с ним мириться, у него ужасный характер.
— Как ты клеишь такие платья? — спрашивала Тинга-блондинка. — Научишь меня? О, мне бы такую кожу, как у тебя.
— У тебя чудесная кожа, — сказала Арина. — Ты прячешь ее от солнца?
— На солнце у нее высыпают веснушки, — сообщила верная подруга. — Сколько раз я ей говорила: Тинга, не загорай через ситечко!
— Я дам тебе средство от веснушек. Оно есть на базе.
Они пили и болтали о всякой ерунде. Бутыль пустела, Лейза сболтнула осадок и разлила остатки бутыли по бокалам.
— О, мы совсем напились, — заплетающимся языком проговорила Тинга, и собутыльницы, сблизив головы, захихикали.
За соседним столиком мальчик забавлялся с краздой: он манил ее кусочком мяса, и та вставала на задние лапы. Девушки засмеялись. Пользуясь тем, что Арина отвернулась, Тинга быстро насыпала ей в бокал щепотку серого порошка. Девушки выпили по бокалу. Арина пожевала осадок.
— Вино было очень хорошее, но, клянусь богами Сиала, если осадок в бутылке не стиральный порошок. Вон, даже пена в бокале осталась.
Женщина за соседним столиком протянула к ним руку и закричала:
— Я все видела! Они что-то насыпали ей в бокал!
Ее муж вскочил, оттолкнул подскочивших подружек и с силой выдернул девушку из-за стола. Арина не привыкла к грубому обращению, оскорбилась и закатила ему звонкую пощечину. Оплеуха прозвучала в негромком фоне таверны как удар гонга. Наступила тишина.
Посетители таверны истолковали происшедшее каждый по-своему. Трое с разных сторон бросились на общинника. Тот выпустил Арину и круто осадил напавшего управляющего ударом кулака в челюсть. Беглянка ощутила невероятную слабость и плюхнулась обратно. Две разбойницы юркнули под стол. Общинник обрушил освободившийся табурет на голову второго непрошенного защитника, третий лягнул общинника в живот. Бедолага кувыркнулся через стол. Над головой безучастной Арины завязалась драка.
— Наших бьют! — исступленно орал мальчик с краздой.
В ход пошли клинки и ножи. Таверна наполнилась людьми, как по мановению волшебной палочки. Три пары фехтовали, держа клинки обеими руками и опрокидывая столы и стулья. Крестьяне похватали горшки с ночными цветами. Женщины и дети быстро, по стенке, покинули заведение. По таверне снарядами залетали глиняные бутылки и стулья. Хозяин, за здоровье которого пили девушки, закатился под стол с распоротым животом.
— Я медсестра, — вспомнила Арина, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Ее мутило. Зрение временами отказывало. Лейза и Тинга осторожно выглянули из-под стола, убедились, что ими никто больше не интересуется, подхватили Арину под руки и поволокли к выходу. Голова землянки безвольно запрокинулась.
Таверну потряс оглушительный рев Кафа:
— Остановитесь!!!
Он сунулся под мельтешащие клинки, развел двух фехтовальщиков в разные стороны на длину своих рук, пинком отбросил от себя воина с копьем, затем с головой окунулся в самую гущу. 'Орх явился!' — прокричала дебелая женщина, опуская тяжелый окровавленный горшок. Драка захлебнулась. Лейза и Тинга уронили добычу на пол. С пола медленно поднялся управляющий таверны. Ему удалось поставить вывихнутую челюсть на место, и он рявкнул на двух обезьяноподобных волосатых вышибал, которые, как ни в чем не бывало, сидели в углу около камина. Вышибалы поднялись, почесываясь, и начали очищать помещение от посетителей, не сортируя, кто прав, кто виноват, а кому досталось больше всех.
