— Попробуй только тронь его, — не повышая голоса, ответил Гуда. — Я ведь тоже мог бы кой-чему всех вас поучить. — Матрос охватил взором его жилистую, крепкую фигуру, сабельные и кинжальные ножны, коими был увешан пояс старого воина, и почтительно умолк.
Рендер осушил свой кубок, поднялся на ноги и указал пальцем на Николаса.
— Вы все сейчас слышали, как этот захмелевший молокосос мне угрожал! — В голосе его звенело торжество. — И ежели с ним что стрясется, он сам будет в этом виноват. И еще его капитан Амос Тренчард. А я клянусь не марать своих рук о его шкуру. Разве что мне придется от него обороняться.
Николас принялся вырываться из рук друзей и повторять прежние угрозы. Ему явно не терпелось сцепиться с Рендером в рукопашной схватке. Гуде и Гарри не без труда удалось его удержать. Они сочли за благо удалиться и волоком вытащили его прочь из таверны. Ноги плохо повиновались захмелевшему принцу, и весь путь от таверны до «Красного Дельфина» старый воин и оруженосец, пыхтя и отдуваясь, несли его на плечах. Когда они брели по коридору, Николас затянул непристойную песню. Двери нескольких комнат отворились. Из них выглядывали постояльцы и укоризненно качали головами. Очутившись в своей комнате, Николас тотчас же смолк и стал с беспокойством озираться по сторонам.
— Что с тобой, Ники? — участливо спросил Гарри. — Как ты себя чувствуешь?
Принц страдальчески поморщился:
— Мне никогда еще не приходилось вливать в себя столько воды! Проклятье! Куда ж это запропастился ночной горшок?
— Да вот же он, — хихикнул Гарри и кивнул в дальний угол просторной комнаты. Николас опрометью бросился туда, на ходу распуская тесемку рейтуз.
— По-моему, трактирщик может проболтаться, — озабоченно проговорил он, опустившись на колени подле горшка и повернув голову к Гуде.
— Навряд ли, — Гуда махнул рукой. -Ему щедро уплачено за молчание. А кроме того, я его так запугал, что день-другой он и рта не раскроет.
Николас облегченно вздохнул, поднялся на ноги, подтянул рейтузы и завязал тесемку.
— Значит, нам остается только ждать.
Незадолго до рассвета несколько вооруженных людей отворили незапертую дверь «Красного Дельфина» и крадучись вошли в общий зал. Маленький слуга, спавший под стойкой бара, проснулся и потер глаза. Он услыхал приглушенный шепот и бряцание оружия. В обязанности мальчишки помимо всего прочего входило оповещение хозяина о ночных посетителях, ежели таковые появлялись в «Красном Дельфине».
Он боязливо выглянул из-за стойки. Около десятка человек с мечами и кинжалами наготове осторожно, стараясь не шуметь, шли через зал к коридору, куда выходили двери комнат для постояльцев. Мальчишка зажмурился и втянул голову в плечи. Он знал, что ему надлежало оповестить хозяина, других слуг и всех, кто нанял в трактире комнаты, об этом внезапном вторжении, но он не мог заставить себя поднять тревогу. Ведь тогда эти разбойники перерезали бы ему горло.
Как только ночные пришельцы приблизились к самой дальней комнате, в коридоре распахнулись все двери, и оттуда выступили вооруженные люди. Это застало нападавших врасплох. Поняв, что угодили в засаду, некоторые из них все же скрестили мечи с матросами и воинами, но те стали теснить их в середину коридора. Другие вложили оружие в ножны, прижались к стене и подняли руки вверх. Из противоположного конца коридора раздался грозный окрик шерифа:
— Именем закона приказываю всем сложить оружие!
Нападавшие, которые очутились в ловушке, окруженные с обеих сторон людьми Амоса и Данкасла, покорно побросали на пол сабли, мечи и кинжалы. Двое из них лежали у двери, что вела в комнату Траска, истекая кровью. Матросы закололи их в первые минуты недолгого сражения.
— Мы сдаемся! Сдаемся! — раздалось несколько голосов.
Николас с довольной улыбкой кивнул Гуде и указал в середину жалкой кучки бандитов.
— Вон он, наш отважный людоед.
В коридор вышли Амос и Гарри. Следом за ними в дверном проеме показался Уильям Кобчик. Вскоре к ним присоединились Маркус, Энтони, Накор и Калис, ожидавшие нападения в другой комнате. Помощники шерифа обступили арестованных бандитов и повели их в общий зал гостиницы.
Амос заглянул за стойку и протянул перепуганному мальчишке золотую монету.
— Молодец, сынок. И скажи хозяину, что мы его отблагодарим за помощь. Он останется доволен.
Маленький слуга кивнул, выбрался из-под стойки и бегом припустился вверх по лестнице.
Рендера втолкнули в просторную комнату, примыкавшую к залу. Там за прямоугольным столом сидели четверо членов Совета капитанов. Следом за Траском туда направились Кобчик, Николас, Маркус и Гарри.
— Амос был прав, — сказал Уильям Кобчик, подходя к столу и усаживаясь рядом со Скарлеттом. — Рендер и его люди замышляли убийство. За этим они сюда и пожаловали.
Рендер стоял посередине комнаты, опустив голову на грудь. Время от времени он бросал на Амоса свирепые взоры и тотчас же отводил глаза.
— Ты знаешь закон, Рендер, — обратился к нему Кобчик. — Корабль твой мы конфискуем, а тебя отправим в застенок.
