— Давайте я вам лучше расскажу, что бы было, если бы я исполнил свой долг и написал Его Величеству. Наш король милостив, но тех, кто думает, что может проворачивать всякие сомнительные делишки за его спиной, не любит. Он обязательно потребовал бы вашей выдачи, и его просьбу фоссы бы, конечно, удовлетворили. Согласитесь, незачем ссориться с соседней страной из-за одного беглого преступника. Ну, вас бы казнили на главной площади Парисы, и может даже кто-нибудь пролил бы пару слезинок по этому поводу. Семью бы вашу, может, и не тронули, но Исари пришлось бы бросить учебу, чтобы заменить вас. Не факт, что ему удалось бы. Вы ведь не оставили ювелирное дело и сейчас стали, хм, купцом, не так ли? — Миррисав язвительно улыбнулся, как бы показывая свое презрительное отношение к главе рода, опустившемуся до уровня банального торговца. — Почти наверняка мальчик не сможет удержать ваших партнеров в случае вашего ареста, да и репутация семьи… хм, Монерон, будет безвозвратно потеряна после такого скандала. Так что перспективы вырисовываются, согласитесь, не радужные. Вам будет уже, конечно, все равно, вы будете мертвы, но у вас же еще есть две дочери? Да и сын. Что с ними станет?
— Чего вы хотите? — еще раз повторил свой вопрос бывший советник, улыбка на его лице уже испарилась.
— Исполнить свой долг и выполнить поручение Его Величества, конечно, — делано удивился господин Дерси. — Оградить Его Высочество от всякой нежелательной компании.
— У меня остались влиятельные друзья в Лигории, они могут многое сделать для вас, раз уж деньги вас не интересуют.
О да, соглашаясь выполнить просьбу принца и не рассказывать Онару Гирийскому о Митади, Миррисав руководствовался еще и этими соображениями. У Ширина действительно было несколько преданных друзей в Совете Семей, которых связывали не только общие интересы или взаимная выгода, но и совместные детство и юношество. Такие друзья и бывают самыми верными. Королевский секретарь всей кожей чувствовал, что они не стали бы спокойно смотреть на казнь Митади, а лишние волнения Лигории были не к чему.
— Интересное предложение, — господин Дерси сделал вид, что задумался. — Может быть, если вы поручитесь, что они выполнят пару моих незначительных просьб…
— Можете быть уверенным в этом, — с жаром заверил его бывший советник. — Я сегодня же им напишу и отправлю.
— Не стоит, я сам отвезу, — еще неизвестно, что этот тип там напишет. Миррисав картинно вздохнул и продолжил. — А Его Величество ведь отправил меня сюда, чтобы я нашел, кто же так тлетворно влияет на принца.
— Ну, думаю, что Его Величеству придется удовлетвориться тем, что ничего сверхинтересного вы ему не привезете, — заулыбался Митади.
— Почему же? Я привезу ему информацию о вас, — приподнял одну бровь Сав.
— Но… — растерялся бывший советник. — Я думал, мы договорились.
Господин Дерси обернулся и громко позвал хозяина:
— Эй, любезный. Бумагу и перо нам.
Когда потребованное было принесено кокетливо стреляющей глазками служанкой, Миррисав подвинул бумагу Митади.
— Пишите.
Тот машинально взял перо.
— Что писать?
— Расписку, что передаете короне…за сколько вы, кстати, продали то месторождение?
Его собеседник непонимающе смотрел в ответ.
— Три тысячи пятьсот, вроде.
— Ну, эту самую сумму и пишите. Деньги передадите мне.
Митади вскинулся и хотел было что-то сказать, но осекся.
— А что вы хотели? — спокойно спросил Миррисав. — Фактически, вы взяли эти деньги из королевской казны, пришло время их вернуть. К тому же, тут нечему возмущаться, с учетом инфляции за все эти одиннадцать лет сумма получается вполне божеской. И не забудьте датировать документ числом, когда та сделка была совершена. Если не помните, то это было 18 августа 526 года от Распада Империи.
Митади вздохнул и послушно начал писать. Когда расписка была составлена, он протянул ее королевскому секретарю и недоверчиво покачал головой:
— Все равно это ничего не даст. Даже если Онар Гирийский поверит, что ошибся тогда, так просто он это не признает. Да и то, что я якобы передал эти деньги короне, никак не подтвердишь, и бумага эта слишком новая для одиннадцатилетней давности.
— Не волнуйтесь, нам и не нужно, чтобы король вас помиловал, достаточно, чтобы он просто больше не хотел вас преследовать. И бумага будет старой, и главный казначей подтвердит, и маленькая бюрократическая ошибка, из-за которой до Его Величества вовремя не дошла эта расписка, появится, да и то, что Ориентское месторождение сегодня совсем убыточно, тоже нам на руку, — рассеянно ответил господин Дерси, складывая лист и убирая за пазуху. — Это уже моя задача. В Лигорию вам путь, конечно, будет закрыт, но хоть легализоваться сможете. Взамен я хочу, что вы со всей семьей уехали из Икары, особенно это касается Исари. Закончит обучение еще в каком-нибудь университете, но чтобы близко не подходил к принцу. О чем вы вообще думали, позволяя этой дружбе продолжаться?
— У меня были здесь важные дела. Если бы уехал в тот момент, крупная сделка могла сорваться, — с досадой ответил Митади.