– Хотите добавки?
Он похлопал по плоскому, как стиральная доска, животу.
– Нет, мне лучше остановиться.
– И даже пирога с вишнями не хотите? Похоже, ваши кухонные слуги посетили пекарню.
– Может, позже, принцесса.
Она вымыла посуду. Он вытирал. Все так по-домашнему. Вернее, все так, как она видела по каналу «Холлмарк». Вряд ли ее жизнь представляет собой типичную американскую сказку. Что делают люди после того, как посуда вымыта и впереди ждет свободный вечер?
Ее взгляд упал на Хуана-Карлоса, вытиравшего руки кухонным полотенцем. Он аккуратно сложил полотенце и вопросительно посмотрел на нее.
Прежде чем он успел озвучить свои мысли, она услышала рокот двигателя. Хуан-Карлос подошел к окну, выходившему на боковой двор.
– Это Эдуардо. Он выполнял мое поручение. Подождите здесь, я сейчас вернусь.
– Что случилось?
Но он вылетел из двери, не успев ответить.
Через минуту Хуан-Карлос пинком распахнул дверь и вошел с проволочной клеткой в руках.
– Мя-я-я-я-я-я-яу!
Котята! Хуан-Карлос попросил привезти кошку с детьми!
Эдуардо вошел следом: волосы растрепаны, руки в царапинах и каплях крови. Он выглядел почти таким же взъерошенным, как кошка.
– Эдуардо, вы весь в крови!
– Сложности работы, – пробормотал он.
Она сразу поняла, что произошло. Хуан-Карлос послал Эдуардо с поручением спасти маму-кошку и ее малышей.
– Он не позволил мне ехать, – пожаловался он.
– Моя работа – охранять вас, ваше величество.
– Только не от кошек.
Король казался раздраженным на себя за то, что позволил Эдуардо сделать это за него.
– Мне следовало поехать. А теперь взгляни на себя!
– Лучше я, чем вы. И это всего лишь несколько царапин. Она здорово дралась, – ухмыльнулся Эдуардо. – Очень наглая кошка.
Хуан-Карлос стиснул зубы.
– Эти царапины должны быть на моих руках!
– Перестаньте спорить, – вмешалась Порция. – Вы совершили прекрасный поступок. Хуан-Карлос, перенесите кошек в гостиную. Там темно и уютно. Может, мама немного расслабится. Эдуард, идемте со мной. Я обработаю царапины.
Она промаршировала в ванную и услышала за спиной шаги. Благодарная за то, что Эдуардо подчинился приказу, она схватила чистую тряпочку, наполнила тазик теплой водой и знаком велела ему присесть на край ванны. Села сама и взяла его большие руки, отметив с полдюжины глубоких царапин.
– Она, должно быть, была очень напугана.
– Я тоже.
– О, Эдуардо.
Она принялась обрабатывать раны. Он морщился, но терпел. Она старалась действовать как можно мягче, после чего забинтовала раны.
– Ну вот.
– Король очень сердит на меня. Мы с Луисом убедили его не ехать. Он хотел сделать это для вас.
Порция закрыла глаза.
– Я знаю.
Ее грудь стеснило. Это самый добрый и милый поступок ради нее. По крайней мере, он пытался сделать это сам.
– Он гордый человек. Но не волнуйтесь, он не станет сердиться долго, – заверила она.
– Не станет?
– Думаю, нет. И спасибо, Эдуардо, за то, что спасли животных.
Она целомудренно поцеловала его в щеку. Он был огромным, сложенным как каменная глыба. Но его лицо смягчилось. Встав, он поклонился ей. Его глаза искрились.
И она почувствовала, что обрела нового друга.
– Как думаете, она попытается сбежать, если мы откроем клетку? – спросила Порция, сидя на полу у огня.
Хуан-Карлос сидел напротив. Клетка стояла между ними. Глаза настороженной кошки были широко раскрыты. Порция попыталась лучше разглядеть малышей, но кошка встревоженно зашипела, очевидно опасаясь за детей.
Хуан-Карлос пожал плечами:
– Ей некуда идти. Дом заперт, двери комнаты закрыты. Думаю, ей лучше рассмотреть нас и понять, что мы ее не обидим.
– Вы, наверное, правы.
Порция склонила голову.
– У вас прекрасная интуиция, когда речь идет о животных.
Пока она перевязывала Эдуардо, Хуан-Карлос поставил миску с водой и тарелку с кусочками сыра в ожидании, пока они выпустят кошку.
– По крайней мере, сегодня вечером она не будет голодать.
За окнами снова завывал ветер, пробиваясь даже через дымоход. Пламя мгновенно взметнулось, прежде чем снова загореться ровно.
– Нет, она не будет голодать, и котята начнут быстро расти. Благодаря вам.
Он не сводил глаз с огня. Не отвечая, отказываясь взять на себя ответственность за поступок. Но это не важно. Он не мог скрыть от нее свои намерения.
– Они такие милые! – почти взвизгнула она. Ничего не могла с собой поделать. При виде малышей у нее, как правило, повышался голос. Да и кто не любит пушистых маленьких котят? – Я рада, что они здесь.
Она рассматривала его профиль, такой четкий, почти чеканный. Отсветы пламени играли на его лице, но, когда он повернулся к ней, выражение смягчилось.
– Я тоже.
– Однако вы не рассказали о намерении спасти их?
Так вот почему он поглядывал на часы! Теперь она все поняла и была невероятно рада узнать причину нетерпения.
– Это было сюрпризом?
Он кивнул:
– Не хотел, чтобы вы расстраивались, если Эдуардо не смог бы привезти кошку.
Она увидела в его лице тревогу. Заботу. Почти любовь.
