Я осторожно всунулась в комнату. Если раньше она была просто захламленной и грязной, то теперь напоминала свалку с кучей мусора. Из-за кресла торчала нога Максимуса, и мы бросились к нему.
— Он жив? — со страхом спросила я. Боги, пожалуйста, пусть он будет жив!
Эш приложил пальцы к шее старика и усмехнулся:
— Жив. И нам надо убираться отсюда, пока этот писака не очнулся и не позвал на помощь. Как бы местные жители не решили его поддержать. Идем.
Я кивнула, еще раз с сожалением осмотрев комнату. И улыбнулась, увидев, как Эш положил на стол несколько купюр. Этого хватит, чтобы компенсировать учиненный нами беспорядок.
К дому с дверью в академию мы возвращались поспешно. Кутались в клетчатые шарфы и смотрели на синий ледник вдали.
— Думаешь, старик прав? Мы угроза? — озвучила я то, о чем каждый из нас давно догадывался.
Да и как не сопоставить факты? Паутина над ВСА, огнезмеи в оранжерее, прорывы, начавшиеся у Гряды, и ярость, с которой твари набрасывались на Эша. На меня звери смотрели с любопытством, а вот Вандерфилда пытались уничтожить. И будут делать это снова и снова! Все это звенья одной цепочки, и от понимания я зябко передернула плечами.
— Замерзла? — Эш остановился и сжал мои руки в варежках, потер, согревая.
Я удивленно улыбнулась. Белобрысый сноб обо мне заботится? Вот так новость!
— Не уходи от ответа.
— Я его не знаю, пустышка.
— Кажется, мы договаривались, что больше никаких пустышек!
— Размечталась. — Он усмехнулся, и у меня на душе полегчало. Ну хоть что-то по-прежнему! — Кстати, мне понравилась деревянная кошка, — подмигнул неприкосновенный.
Я хмыкнула, а потом начала смеяться, верно, от переживаний! Эш поддержал, и некоторое время мы хохотали как ненормальные, задыхаясь и всхлипывая.
— Кошка! — стонала я.
— Шкаф! — вторил Вандерфилд.
— Летающие осы-бумажки!
— Доски! Да ты просто катастрофа, Аддерли!
— На себя посмотри!
— Иди ко мне…
Неприкосновенный сгреб меня в объятия, и смеяться я перестала. Уткнулась носом в его клетчатый шарф, с наслаждением вдыхая запах снега и немного — Эша. Вку-у-усный… Его губы коснулись моих волос, и мы застыли. Крупные пушистые снежинки медленно оседали на плечах, путались в прядках, гладили щеки. Прятали нас за покрывалом зимы, укрывали от всего мира. И казалось, можно остаться вот так вдвоем. Вдали искрился ледник, пахло елями и сдобой.
— Надо возвращаться, — тихо сказал Эш.
К ратуши мы прибежали раскрасневшиеся и слегка одурманенные посещением Билтрана. Обратная дверь в ВСА сверкала золоченой надписью: «Профессор А. П. Лангустин. Исследование природы чар».
— Понятно, почему эту дверь сослали в Билтран, — улыбнулся Эш. — В академии теперь не преподают этот предмет, его посчитали ненужным и даже опасным. Исследование под запретом уже более десяти лет.
— Смотри, — я провела пальцем по глубоким царапинам.
На темном дереве красовалось нацарапанное сердечко, а внутри были имена: Кей и Ками. Вот только кто-то с силой их зачеркнул, словно пытался стереть с твердой поверхности. Мы переглянулись, задумавшись, кто мог это сделать и зачем.
— Идем, Тина.
А когда ввалились в Туннель, Эш прижал меня к себе и шепнул:
— Кажется, я не могу без тебя, пустышка… Уже не могу.
Но, возможно, это мне лишь почудилось.
В башню ВСА мы вышли, держась за руки. И сразу наткнулись на яростный взгляд Аодхэна.
— Два тупоголовых шовля! — припечатал он.
На профессоре было длинное дорожное пальто, перчатки, кожаные штаны и нагрудник, как у военных. Черный хвост свисал вдоль спины грязным жгутом, под глазами мужчины темнели тени. Похоже, он только вернулся и его поездка была невеселой.
И все же я обиженно шмыгнула. Шовль — пресмыкающееся создание, глупое до безобразия! Я не шовль!
— Идите за мной! — приказал профессор.
Ослушаться мы не посмели. Эш хмурился и снова выглядел высокомерным снобом, я тревожилась. Аодхэн издевательски распахнул перед нами дверь кабинета ректора и прошел следом.
За столом сидела Аделия Вельвет и выглядела еще хуже, чем обычно.
— Они вернулись из Билтрана, — коротко произнес Аодхэн.
Госпожа ректор окинула нас огорченным взглядом.
— Вы скрываете от нас правду! — припечатал Вандерфилд. — Мы не верим вам!
— Правду? — разъярился Аодхэн. — Вы глупые дети и ничего не понимаете!
— Потому и хотим узнать!
— Мы не дети! — возмутились мы одновременно.
— Нам нужна правда! Про lastfata и про тварей Гряды!
— Значит, вы разговаривали с Максимусом, — подытожила Аделия. — Видимо, старый идиот до сих пор жив.
— Он знает о копье!
— О да, он знает. Немного, конечно.
— Вы не сказали нам даже этого!
— Правду хотите? Что ж… Будет вам правда. Сядьте, — пугающе спокойно произнес разрушитель. Снял пальто и закатал рукава, обнажая веревки на запястьях. Сорвал один камушек.
Мы упали на стулья, наблюдая за действиями заклинателя. Аодхэн произнес слово чароита, разрывая структурные связи нугата. В воздухе возникло два портрета, парень и девушка.
— Это Ральф Брайнт и Луиза Харрис. Lastfata соединила их сто десять лет назад, это самая ранняя пара, которую мне удалось обнаружить. Оба погибли через полгода.
Второй камень взлетел в воздух.
