Всё, как под копирку. Разодранная надвое рубаха, держится только за счёт пояса брюк, спина открыта, почти наполовину — это кровавый сгусток без кожи. Концы светлых волос, откинутые в сторону, побурели, пропитавшись кровью. Хоть бы только был жив! Подношу светильник к лицу, на виске кровоподтёк. Значит, прежде чем скрутить и сотворить пытку, оглушили. Камнем наваливается весь ужас случившегося! Что делать? Только бы не то, что страшнее всего!
— Любимый! Ответь, что-нибудь! Дай хоть знак! — реву. Где-то был нож для вскрытия писем, нахожу наощупь в бюро, перерезаю верёвки, невольно дёргая тело. Надо бы перевернуть его на спину, чтобы понять. Да как? Вся она — живая кровоточащая рана! Вдруг слышу стон, — слава Богу! — милый мой, всё поправимо, только не умирай! Слышишь, не умирай! — не реагирует, похоже, он не здесь…
Пока гоняю, какими подручными средствами помочь делу хотя бы временно, из прихожей прилетает сдавленный вопль Пеппе, а я и забыла про старика! Потом последний пронзительный резко обрывающийся стон Роба. Торопливые шаги, заминка, слышу, как охает, наткнувшись на мёртвого Джакопо,
— Принсипале! Вы живы? — да, какое там! Старческие всхлипы. Потом рядом,
— Таня, милая! Что же это всё значит? — причитает, — принсипале, наследник, Роб! Я ведь только отлучился к Коре в гости! Возвращаюсь, а тут такое! Что произошло?
— Не знаю, я пришла пятью минутами раньше Вас,
— Что мы будем делать?!
Кто бы мне сказал, что делать? Была бы богиней, поколдовала бы, и отмотала время на несколько часов назад, поубивала бы всех врагов не знаю, чем? Взглядом! Громом и молнией поразила бы! Оживила бы Джакопо и собаку, зарастила рану на спине любимого! Да чего бы я только не сотворила! Но из реально возможного, первый порыв рвануть до дворца и всё рассказать, привлечь Бартоломео, так ко времени поделившегося со мной соображениями об иллюзоре!
Но и это отметаю! Я для них богиня Дадиан, а значит, прибежать по пояс в соплях — не моя тема. К тому же я так и не поняла, кто там у них главный злодей! А ведь это по его приказу здесь свершилось кровавое побоище, и участников было немало. Чтобы скрутить моего Костика и дать над собой сотворить такое, и пятерых не хватит!
Надо что-то делать! Не раскисать! Как там говорил Костик: главное, люди богиней считают, и не важно, что считаешь ты! Пока верят, оно работает! Я тоже должна поверить, хотя бы на время, не должно быть сомнений, я смогу! Давай, Наихрабрейшая… Соберись! — внушаю сама себе.
Ждать, как в моём сне и наблюдать Костины страдания нет смысла. Я и сейчас вижу, что без хирургической помощи, ничего не сделать, нужна пересадка кожи, антибиотики, обезболивающие! Где я тут это всё возьму? Решение приходит само,
— Пеппе! Запрягай Колетт! Дно повозки застели мягким матрасом, чистые простыни! Что-нибудь нам в дорогу на перекус, заезжать никуда не будем, запас воды побольше! Себе, что необходимо! Орго привяжи к повозке!
— Куда мы? — старик даже не думает спорить, принял моё руководство безоговорочно.
— К Матео, сыну Джакопо. Дорогу знаешь?
— Помню, а как же! Бывал у принсипале, — всхлипывает, утирает рукавом глаза. Мне и самой больно от того, что ещё сегодня с ним разговаривала. Что не поняла, не почувствовала нашего прощания! Не сказала ни одного доброго слова, а ведь он волновался за меня, хотел о чём-то предупредить. Эх, выслушать бы! Может и поняла бы кто есть, кто в этом гнезде интриг! Снявши голову по волосам не плачут! А я плачу, хоть и не вслух, оплакиваю Джакопо, но устраивать слёзные концерты не перед кем, Костик в отключке, да за него и борюсь! Значит, не время быть слабой, надо спешить,
— Сначала закопаем тела. Вернёшься с Тео, и похороните принсипале со всеми почестями. Сейчас не время! Берти жив, его спасать надо! Ты же понимаешь, Пеппе, свою ответственность перед Абекуром? Это наследник престола!
— Понимаю, Наимудрейшая! — вот уже и Пеппе прочувствовал с кем имеет дело! И к лучшему! Пускай так думает, это поможет старику собраться и чётко исполнять приказы…
Пеппе и вправду, собрался быстро, по-солдатски! Исполнил все распоряжения. Перед тем, как покинуть дом, мы забрали из коридора тело Джакопо, и пока оно не окоченело, вдвоём развернули голову, взгляд его хоть и перестал быть осмысленным, но всё равно, показался мне немым укором. Знаю, принсипале, знаю! Сильна задним умом, всё поняла, да поздно уже! Нет бы хвостом за тобой ходить, да слушать! Как же много секретов осталось похороненными в этой голове! С трудом, но всё-таки, удаётся прикрыть веки.
Надо хоронить! Через сутки в жарком климате, пойдут такие процессы разложения, что мама не горюй! Могилу раскопали прямо в саду, благо он большой и весь утопает в зелени. А ещё Пеппе выбрал участок с мягкой землёй, так что вдвоём справились. Прости, Джакопо, не до церемоний, завернули в простыню и опустили. Какой же он всё-таки тяжёлый!
