И члены делегации перестали улыбаться. Им нечем было возразить. Сержу тоже. Дойдя до конца здания универмага, они свернули за железную ограду. Здесь была громадная толпа бедно одетых людей. Это была очередь желающих попасть в универмаг. У бокового входа стояли два милиционера, сдерживающие толпу. Они впускали людей внутрь небольшими порциями. Серж показал удостоверение милиционерам, и они пропустили девять французов. Они оказались в широкой галерее с остекленным потолком. По обе стороны тянулись в два этажа магазины. Это напоминало парижский пассаж, только намного больше. Здание было явно стиля Бель Эпок. Здесь была невероятная духота. Были открыты только некоторые магазины, и к ним тянулись очереди – более организованные, чем та толпа на улице. К двум первым магазинам первого этажа не было очереди, и Поль, а за ним остальные французы вошли внутрь. Здесь продавались канцелярские товары – без карточек. Школьные тетради, блокноты, линейки, ручки, чернила. У прилавков толпились люди, но очередь была только в кассу. Поль купил, как сувенир на память, ручку со вставным пером и школьную тетрадь. Здесь же продавались открытки с нецветными видами Москвы. Поль купил несколько открыток. А еще здесь продавались вставленные в рамки фотографии Сталина, Ленина и еще каких-то вождей. Поль купил несколько таких фотографий. Другие французы, глядя на Поля, тоже кое-что купили. Они снова вышли в широкую галерею с высоким остекленным потолком. Вдоль магазинов второго этажа тянулись открытые проходы с красивыми витиеватыми перилами. На этих проходах тоже толпились очереди.
– Что там продают? – спросил Поль, поскольку протолкаться к самим магазинам через эти толпы было невозможно.
– Это тоже комерческие отделы, – официально вежливо пояснил Серж. – В них те же товары, что вы видели в том отделе, где отказались купить шапку.
– Но там не было такой очереди, – заметил Поль и тут же задал вопрос: – Значит, тот отдел был для привиллегированных?
Серж не успел ответить, как товарищ Луни задал следующий вопрос:
– А почему в очередях стоят преимущественно женщины?
Вместо Сержа ответила мадам Туанасье:
– Мужчины на работе. Сейчас рабочие часы.
– Нет, – возразил Серж. – Все эти женщины тоже работают наравне с мужчинами. Они просто отпросились с работы, или взяли себе выходной день, чтобы что-то купить. – И жестко глядя на одного Поля, он продолжал: – После войны в стране тяжелое положение. Мужчина не в состоянии один содержать семью. Здесь не Франция. У нас погибли на войне миллионы мужчин, а значит, миллионы девушек остались без женихов, а миллионы женщин без мужей. И эти одинокие женщины должны тяжело работать, чтобы содержать своих детей.
Поль сразу вспомнил тех женщин, утративших женский облик, менявших трамвайные рельсы на жестоком морозе. Французы смотрели теперь на Сержа сочувствующе, понимая, что говоря правду, он уклоняется от каких-то кремлевских инструкций. Но Поль нисколько не сочувствовал этому человеку. Ведь Серж был в числе привилегированных, и ему, так же как и его жене, не приходилось стоять по этим очередям. И Поль, не отводя глаз от пристального взгляда Сержа, сказал своим прежним вызывающим тоном:
– А теперь покажите общие отделы, где продают по карточкам.
– Извольте, – сказал Серж тоже вызывающим и в то же время каким-то безнадежным тоном, – и быстро пошел вперед по галерее.
Французы последовали за ним. Каспар тихо сказал Полю:
– Серж находится при исполнении своих партийных обязанностей. Вы слишком бесцеремонны с ним. Разве не видите, он нервничает?
Поль так же тихо ответил:
– Ничего. Пусть понервничает.
Они дошли до центра универмага. Здесь, посреди мозаичной площадки был фонтан, украшенный бронзовой скульптурой. Вероятно, в Бэль Эпок это было весьма респектабельное здание. Но теперь здесь толпились нищенски одетые люди. От фонтана они свернули в параллельную галерею. Большинство магазинов на двух этажах были закрыты железными шторами, некоторые были просто заколочены досками. Зато очереди к открытым магазинам здесь были больше и шумней. Как ни странно, люди в этих очередях выглядели довольно прилично. На некоторых женщинах были, хотя и потертые, но вполне современные пальто и даже дамские меховые шапочки.
– Это тоже привиллегированные люди? – спросил Поль.
Серж ответил:
– Это москвичи, живущие поблизости ГУМа. При карточной системе каждый человек закреплен к ближайшему магазину по месту жительства. А в комерческих отделах большинство покупателей – приезжие из других городов.
– Что продают здесь? – и Поль указал на ближайшую очередь.
Вместо Сержа ответил Эжен Максимил:
– Вероятно, мыло. Видите? Несут.
