И Поль авторучкой нарисовал на обратной стороне фотографии крестик, кружок и квадрат. В дом вошли все три жены Намикио. Они внесли калабаши с едой, поставили перед королем и уселись на пол позади старейшин. Намикио сделал им жест рукой удалиться, но они, как всегда, сделали вид, что не поняли жеста, и остались сидеть на месте. Поль повернул фотографии лицевой стороной, сказал:
– На бумаге можно делать фото. – Он повторил: – Фото, – и разложил фотографии перед королем и старейшинами.
Намикио осторжно приподнял одну фотографию. Люди Хатуту не имели понятия о двумерных изображениях, и король Намикио держал фотографию вверх ногами. Поль поправил фотографию. Намикио вгляделся и вдруг воскликнул:
– Кай-Той!
Канига, услышав имя своего сына, недоуменно посмотрел на короля и нагнулся над фотографией, на которой был Кай-Той во весь рост. Канига, просиял, узнав сына, и тоже воскликнул:
– Кай-Той!
Остальные старейшины тоже склонились над фотографией и, забыв о своем достоинстве, восторженно закричали:
– Как-Той! Кай-Той!
В наружном проеме стены показалась фигура Кай-Тоя. Он решил, что старейшины зовут его и вошел в дом. Канига протянул ему фотографию, крича:
– Кай-Той! Ты! Ты!
Кай-Той вгляделся в фотографию и тоже закричал:
– Я! Я! Кай-Той!
Другие фотографии пошли по рукам. Люди знали отражения своих лиц в воде, и не узнавали себя в профиль, а не все фотографии были в фас. Но люди узнавали друг друга. Король и старейшины тыкали пальцами друг в друга и в фотографии и выкрикивали имена друг друга. Все три жены короля, вскочив на ноги, заглядывали через головы сидящих старейшин. Поль протянул им фотографию, удачно снятую Мишелем, как раз с тремя королевскими женами. Сперва они восторженно называли по именам друг друга, узнавая себя на фотографии, а потом, разинув рты, стали просто пронзительно радостно визжать, не отрывая глаз от снимка. Перед королевским домом столпились жители Хатуту, недоуменно прислушиваясь к женскому визгу и восторженным мужским завываниям, доносящимся из дома, в котором должна была происходить важная мужская беседа. В дом вбежал Тав-Чев, неся два калабаша мелких камней. За ним вбежал его ровесник-друг Чеп-Тов, сын Таки-Фопа, самого сильного после Тибу-Това мужчины Большой деревни, тоже с полным калабашем камней. Поль велел им высыпать камни перед королем. Все с недоумением уставились на кучу камней. Воспользовавшись этой заминкой, Поль собрал фотографии, положил их кучкой рядом с королем, сказал:
– Есть много королевств. Это очень большие королевства. – Он отложил в сторону один камешек. – Вот если это королевство Хатуту, вся земля Хатуту, все горы, все деревья, все люди земли Хатуту, а вокруг море. А вот другое королевство, – и Поль уложил рядом кучку камней. – Видите, насколько другое королевство больше королевства Хатуту? А вот еще одно королевство, – и Поль отложил еще большую кучку камешков. – Это королевство еще больше. Много таких королевств. – Когда рассказ дошел до мировой войны, он велел Тав-Чеву достать кокосовый орех из кучи орехов в углу дома и отложить его в дальний угол. Затем он вынул из рюкзака пистолет, сказал: – Это пушка. Им не нужны копья и луки. У них есть пушки. – Он взвел курок, прицелился в кокосовый орех, нажал спусковой крючек. Выстрел всех ошеломил. Поль сказал: – Это выстрел. – Он прошел в угол, поднял орех. Из дырки вытекал белый ореховый сок. – Видите? Выстрел пробил орех. Если выстрел сделать в человека, человек сразу станет мертвый. – Все пораженно молчали. Поль продолжал: – Пушки есть очень большие. Как этот дом и еще больше. Выстрел из большой пушки может разрушить всю деревню, даже все королевство. – Поль вынул из рюкзака большую страшную книгу, сказал: – Бумага. Много бумаги, – и стал на полу перелистывать книгу. – Вы уже видели фото, – сказал он, – и знаете, что фото это правда. – Он стал показывать фотоиллюстрации и объяснять их: – Это большая пушка. Она делает выстрел. Это был большой каменный дом. Пушка выстрелила, и дом развалился. Осталась только одна стена и дверь. И лежат мертвые люди. – А вот и самая страшная иллюстрация: кучи голых человеческих трупов. Поль пояснил: – Это мертвые люди.
– Их убили пушки? – спросил Тан-Бли, старейшина Долинной деревни.
– Нет, – ответил Поль. – Их убили ядовитым воздухом. Для войны делают ядовитый воздух, который тоже убивает людей. – Поль показал следующую иллюстрацию с полем, усеянным убитыми солдатами, и пояснил: – А этих людей убили пушками. – На следующей иллюстрации были немецкие самолеты, сбрасывающие бомбы. Это трудно было объяснить. Помог Тан-Бли, старейшина Долинной деревни. Указав на самолет, он воскликнул:
– Летающее каноэ!
И все подхватили:
– Летающее каноэ!
На этот раз сам Поль пришел в недоумение.
– Вы такое видели? – спросил он.
– Видели! – возбужденно выкрикнул Тав-Чев.
И все согласно закивали: Видели, видели.
– Когда? – спросил Поль.
– Когда тебя не было, – ответил Тав-Чев. – Оно летело над морем высоко и громко рычало. Все сначало думали – птица, а потом поняли: летающее каноэ.
Тан-Бли добавил:
